http://www.blagogon.ru/biblio/355/

Святитель Московский Филарет (ДРОЗДОВ)
Учение о девстве



«Девство лучше супружества, если кто может в чистоте сохранить оное». «Состояние девства выше брака». О сем сказал Иисус Христос: не вcи вмещают словесе сего, но имже дано есть... могий вместити, да вместит (Мф. 19: 11, 12). И Апостол говорит: Глаголю же безбрачным и вдовицам: добро им есть, аще пребудут, якоже и аз... вдаяй браку свою деву добре творит: и не вдаяй лучше творит (1 Кор. 7: 8, 38) [1]. «На словах — не хорошо быть человеку одному (Быт. 2: 18) — не должно утверждать необходимость супружеского состояния для каждого человека. Сотворение жены не могло дать первому человеку высшего совершенства, нежели в каком он сотворен прежде ее; и есть обстоятельства, в которых хорошо человеку не касаться женщины (1 Кор. 7: 1)" [2].

Как смотрел на девство ветхозаветный мир, и каково учение Нового Завета о «превосходном достоинстве девства»? «Мир ветхозаветный ревновал о чадородии, а потому и о браке, домогаясь родить Спасителя мира. Он так мало понимал и чтил девство, что девство, навсегда чуждое брака, было для него предметом оплакивания. Дщерь Иеффаева, которая должна была умереть, не познав мужа, не только иде сама и другини ея, и плакася девства своего на горах, но и после смерти ее от дний до дний исхождаху дщери Израилевы плакати о дщери Иеффая Галаадитинина четыре дни в лете (Суд. 11: 38, 40). Жизнь Иоанна Крестителя и еще прежде жизнь пророков Илии и Елисея — вот ранние указания на достоинство девства; но и сии указания в свое время не поняты, потому что евреи чаще видали пророков, не чуждающихся жизни супружеской, как, например, Моисея, Самуила и других. Были от начала мира человеки Божии, но первая Дева Божия есть Преблагословенная Мария. В непорочности младенческой быв посвящена Богу на всегдашнюю чистоту, Она сделалась первым, навсегда непоколебимым, основанием ангельской на земле жизни» (Скажут, что «девство Пресвятой Богородицы, избранное быть приятелищем воплощения Сына Божия, есть единственное в роде человеческом, которое как перед собой не имело примеров, так и после себя не будет иметь подражателей. То правда, что не будет ни другого воплощения Бога Слова, ни другой Матери Божией, однако из сего не должно заключать, будто девство Преблагословенной Марии не представляет нам никакого примера для подражания, не подает никакого учения для жизни. Если Дева Мария удостоена высочайшего избрания по благодати Божией, то равномерно, и по правде Божией. Превыше всех вознесена Она избранием, потому что превыше всех явилась достойной избрания по своим душевным качествам и расположениям и, между прочим, по чистейшему девству, которым Она, как солнце, взошла очевидно превыше всего древнего, верно же, и превыше всего грядущего мира. Отсюда надлежит заключить, что если Преблагословенная Мария чистейшим девством достигла высочайшего и беспримерного избрания Божия, то хотя и невозможно равное сему избрание, однако, подражающий по возможности Ее девству, по правде Божией может, подобно Ей, уповать особенной благодати Божией, особенного избрания, особенного приближения к Богу. Если Ее одну девство соделало Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим, то Ее подражателей, по крайней мере, оно может соделать равными Ангелам. Если Ее одну девство соделало осененной скинией Духа Святого, Матерью Сына Божия, то может оно тем не менее и другие души соделать дщерями Божиими, ближними Царя Небесного, невестами Христовыми. Сие именно возвещает нам тайно-знаменательный псалом: приведутся Царю девы в след Ея (Пс. 44: 15)» [3]).

«Состояние, в котором ни женятся, ни посягают, следственно, всегдашнее девство, Господь называет состоянием равноангельным: в воскресение ни женятся, ни посягают, но яко Ангели Божии на небеси суть (Мф. 22: 30); или, как пересказывает другой Евангелист, равни... суть Ангелом (Лук. 20: 36).
Девство не только для многих возможно к соблюдению, но и для всех вожделенно. Апостол Павел к Коринфянам говорит: Хощу бо, да вcи человецы будут, якоже и аз (1 Кор. 7: 7). Что значит: якоже и аз? Это изъясняет он далее в том же Послании: Еда не имамы власти сестру жену водити... Но не сотворихом по области сей: но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову (1 Кор. 9: 5, 12), т.е. он лишил себя помощи и утешений брачного состояния, чтобы тем беспрепятственнее заниматься проповеданием Евангелия. Следственно и всем Апостол желал бы того, чтобы посвятили себя на служение Богу и благочестию в девстве. Хотите ли видеть высокий жребий, уготованный девству от Бога? Смотрите очами тайновидца Иоанна: И видех, и се. Агнец стояше на горе Сионстей, и с ним сто и четыредесять и четыри тысящы, имуще имя Отца Его написано на челех своих. Он слышал их поющих песнь нову пред престолом Божиим: и никтоже можаше навыкнути песни, токмо сии... Сии суть, иже с женами не осквернишася, зане девственницы суть: сии последуют Агнцу, аможе аще пойдет. Cuu суть куплени от людий первенцы Богу и Агнцу (Откр. 14: 1-4). Видите превосходное достоинство девства?» [4].

«Что же такое девство, и как эта добродетель совершается? Каждый по собственному опыту знает девство как естественное состояние, предшествующее браку, не испытавшее тайн брака, не пробужденное к познанию их. Но это есть только несовершенный начаток того, о чем беседуем. Это еще только трава лилии, а не цвет; только леторасль (росток) яблони, а не яблоко благовонное. Девство младенчества по тому самому, что есть просто естественное состояние, не есть ни дело свободы, ни плод подвига, следственно, не есть еще добродетель. Прилично называется оно невинностью, потому что в нем нет вины, противоположной девству, — но и все тут, а еще нет в нем превосходного достоинства, принадлежащего девству совершенному. Девство как подвиг, как добродетель, как цвет чистоты, как плод целомудрия, как путь совершенства, является тогда, когда человек в возрасте, по обыкновенному ходу телесной природы, более или менее располагающему к супружеству, не предаваясь влечению природы, не увлекаясь обычаем, примерами, приятностями и нуждами общежития, решается не приобщаться браку, а соблюсти девство навсегда» [5].

«Несправедливо естественную склонность человека к другому полу представлять непобедимой, за исключением разве одного человека из тысячи. Так думать — значит представлять в человеке скотскую природу преобладающей, а духовную — ничего не значащей: мнение — противное достоинству природы человеческой и оскорбительное для Творца ее. Есть в поврежденной грехом природе человека брань плоти против духа; но против нее христианская вера доставляет совершенно победоносную помощь. И опыт представляет множество людей, частью по обету или по обязанности, частью без обязанности, провождающих чистую жизнь в совершенном безбрачии или вдовстве» [6].
«Непреодолимое побуждение плоти не должно быть принято в уважение, потому что законом Христовым все мы обязаны распинать свою плоть с ее страстьми и похотьми (Гал. 5: 24). А для успеха в сем святые отцы обыкновенно располагают к усердной молитве и посту. О молитве же Сам Господь сказал: Просите, и дастся вам... всяк бо просяй приемлет (Мф. 7: 7, 8)» [7].

«Но как и подвизающийся не будет увенчан, если незаконно будет подвизаться (2 Тим. 2: 5), то решающийся на подвиг девства должен знать, всегда помнить и соблюдать главный закон сего подвига, состоящий в том, чтобы подвиг девства предпринимаем и проходим был для Бога. Царствия ради небесного, — говорит Сам Верховный Законоположник девства Иисус Христос (Мф. 19: 12); и Апостол: Не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви... непосягшая печется о Господних, како угодити Господеви, да будет свята и телом и духом (1 Кор. 7: 32, 34). Угождение Богу и для сего освящение духа и тела есть цель подвизающихся в девстве. Кто бежит на поприще девственной жизни не к сей цели, тот не к венцу бежит. Для того девственник и устраняется от супружества, чтобы особенная склонность к существу земному не задерживала или не кривила его стремления к Богу. По этому стремлению всей силой ума и любви к Господу, и по направлению всей деятельности к благоугождению Ему, девствующая душа и называется невестой Небесного Жениха.
Из этого главного закона девства нетрудно уразуметь, что телесное удаление от всего, принадлежащего браку, не есть совершенное девство, а только низшая степень оного: ибо стремление и приближение к Богу, как Существу духовному, может и должно совершаться собственно в духе; девство же тела отъемлет только препятствия стремлению духовному и пресекает стремления противоположные. Отсюда происходят разные подробные правила девства.
Господь сказал: всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердцы своем (Мф. 5: 28). Посему, как есть любодеяние сердца, так должна быть и противоположная сему пороку добродетель — девство сердца. Подвизающийся в сей добродетели должен сохранять сердце свое чистым от всякого плотского вожделения, от всяких помыслов, противных целомудрию; невольные приражения нечистых помыслов без укоснения отражать, для сего бдеть осторожно над движениями своих помышлений и желаний, занимать и ограждать ум и сердце свое то упражнением в Слове Божием, то внимательной внутренней молитвой.

Как Господь показал, что любодеянию сердца бывает служителем око, то в противоположность тому и око надлежит обучать, чтобы оно служило девству, т.е. отвращать взоры от всякого соблазнительного предмета, а на представляющиеся неизбежно — взирать без страсти, без помысла, видя не видеть и, как можно скорее, пресекать опасное видение, т.е. умерщвлять чувство зрения, по завещанию Господнему: аще же око твое десное соблажняет тя, изми е и верзи от себе (Мф. 5: 29). Отсюда покрывало на очах, пустынножительство, затворничество. Но если для охранения девства от соблазна и нечистоты нужно умерщвлять чувство зрения, то, по сравнению, можно понять и убедиться, что подобным образом нужно умерщвлять и прочие чувства, как то: слух — от слышания нескромных и соблазнительных речей, вкус, обоняние, осязание — от соответствующих им ощущений, наклоняющих к неге и роскоши. Отсюда упражнение в молчании, пост, сухоядение, простота и суровость в одежде, одре, жилище, порабощение и умерщвление тела трудом, молитвенными бдениями, коленопреклонениями. Чтобы изобразить девство одним словом, можно привести прекрасное и многознаменательное изречение святого Златоуста: корень и плод девства есть жизнь распятая (О девст., гл. 79)» [8].


—————————————————

1. Катехизис, 75; Слова и речи, IV, 29.
2. Записки на книгу Бытия, I, 46.
3. Слова и речи, IV, 24-25.
4. Слова и речи, IV, 26.
5. Ibid. и 27.
6. Собран. мнений и отзыв. Фил., т. IV, с. 519-520.
7. Ibid., с. 577.
8. Слова и речи, IV, 27-28.

Свят. Филарет Московский. «Учение о семейной жизни»