Подписка на
материалы сайта
Обновленчество
Книжная полка
Рекомендуемые сайты
Библиотека сайта «Благодатный Огонь»

Типиконъ, сiесть Уставъ

Официальный сайт Русской Православной Церкви

Царьград. Информационно-аналитический телеканал

Сайт архимандрита Рафаила (Карелина)

Православие.ру

Русская народная линия

Афонская икона

Православный церковный календарь

Православный журнал «Благодатный Огонь»

Учебник церковнославянского языка

Православный журнал «Благодатный Огонь»

  • ПОМОЩЬ САЙТУ

    Карта Cбербанка:
    5332 0580 7018 9424

    ЮMoney (Яндекс-Деньги):
    410012614780266

Русский католик

Михаил ДУНАЕВ

Наше повествование не о вымышленном герое, порожденном фантазией романиста, но о человеке с реальными стремлениями, страстями, страданиями — о Владимире Сергеевиче Печерине (1807–1885), соединившем изначальную ненависть и бегство от России с отречением от Православия и переходом в лоно католицизма.

На это имя современные западники указывают порой как на своего рода символ истинного, «прогрессивного» типа мышления и поведения. Печерину принадлежат поэтические строки, которые нетрудно воспринять как гимн ненависти к России:

 

       Как сладостно отчизну ненавидеть,

И жадно ждать ее уничтоженья,

И в разрушении отчизны видеть

   Всемирного денницу возрожденья!

 

Их нередко цитируют с восторгом, забывая прибавить, что сам автор позднее назвал эти строки безумными. К тому же жесткие требования версификации обусловили неуклюжую инверсию в последней строке, придав стихам неожиданный смысл. Разумеется, автор имел в виду денницу (то есть зарю) всемирного возрожденья — да так в размер не втискивается. Вынужденное сочетание «всемирного денницу» невольно заставляет воспринимать слово «денница» в мужском роде, так что вдруг появляется всемирный денница (то есть сатана) возрожденья. И все четверостишие вдруг обретает совершенно независимый от воли автора смысл: в разрушении России проявляется возрождение власти князя мира сего. Печерин повторил судьбу пророка Валаама (Числ. 22, 5—24, 25): вознамерился проклясть, а по сути, благословил, предрекая: падение России — гибель для мира.

Но проклясть все же — хотел. Исследуем его «Замогильные записки». Это стройное и откровенное повествование о жизненном пути мемуариста. Перед нами душа, обуянная ненавистью. Автор даже навязывает нам такой подход к его мемуарам. «Я действительно был поэтом, — пишет Печерин в самом начале своего мемуарного труда, пожалуй, даже не подозревая, к какому итогу он придет не в стихах, а на самом деле. — Под влиянием высшего вдохновения я задумал и развил длинную поэму жизни и, по всем правилам искусства, сохранил в ней совершенное единство. Несмотря на разнообразные события, одна идея господствует над всем — это непобедимая вера в ту невидимую силу, которая вызвала меня на Запад и теперь ведет путем незримым к какой-то высокой цели, где все разрешится, все уяснится и все увенчается». Соблазнительно хотя бы попытаться отыскать эту идею печеринской поэмы жизни. Что уяснится, когда мы сумеем прочесть его поэму?

«История души человеческой» — к запискам Печерина в большей мере подходит это лермонтовское определение, нежели к дневнику его почти однофамильца.

Печорин Лермонтова томился под конец жизни от осознания себя орудием в руках надмирной судьбы. Печерин реальный со стыдом для себя осознал, что долгое время был орудием темных сил, когда обманывался, будто осуществляет свое подлинное призвание.

«Замогильные записки» писались долго. Через шесть лет после горделивого рассуждения о высшем вдохновении, под влиянием которого творил он поэму собственной жизни, Печерин ощутил себя на грани духовной гибели:

«...Мне непременно надобно оправдаться перед Россиею — но в чем же мне оправдываться? Мне кажется, нет ничего позорного в том, что я носил арлекинские штаны или продавал ваксу на улице: тут нет ничего противного человеческому достоинству... Но — добровольно пожертвовать всеми дарами ума и сердца, но — отречься от престола разума и закабалить себя в неволю невежественным и наглым фанатикам и быть в продолжение 20 лет слепым орудием их мелкого честолюбия и ненасытного корыстолюбия — вот это такое пятно, какого ничем смыть нельзя.

Я нахожусь в положении мнимо умершего. Он лежит, распростертый на одре, без малейшего признака жизни. Вокруг него суетятся и хлопочут — распоряжаются его имуществом, толкуют вкось и вкривь о его поступках, входят в самые мелкие подробности его похорон; с необыкновенно тонким чутьем он все это слышит — ни одно слово не ускользает от него. Хотелось бы ему протестовать, дать хоть какой-нибудь знак жизни: мигнуть глазами, пошевелить пальцем... нет! невозможно! И тут охватывает его ужасная мысль, что ему придется быть похороненным заживо!

Вот так я связан по рукам и ногам железною цепью необходимости, и никакого знака жизни мне подать невозможно... В действительной жизни я остаюсь... с живым сознанием, что принадлежу к презренной и ненавистной касте тех людей, коих еще древние римляне называли врагами рода человеческого, и что... это каторжное клеймо остается неизгладимым на вечные веки веков».

«Враги рода человеческого» — это о католическом духовенстве говорит человек, который за тридцать лет до того добровольно принял сан католического священника, столь откровенно презираемый им под конец жизни. Уже и рад был избавиться от этой «железной цепи», да время ушло.

Так в чем же причина этой жизненной трагедии? Разбирая записки Печерина, будем придерживаться классической «школьной» схемы: происхождение, воспитание, впечатления ранних лет, образование, круг общения, особенности характера, душевные склонности и т. д.

 

Родился Печерин в семье армейского офицера, и впечатления ранних лет его были весьма однообразны:

«Одним моим утешением был географический атлас. Бывало, по целым часам сижу в безмолвном созерцании над картою Европы. Вот Франция, Бельгия, Швейцария, Англия! Воображение наполняло жизнью эти разноцветные четвероугольники и кружки — эти миры, департаменты, кантоны... Сердце на крыльях пламенного желания летело в эти блаженные страны...

Так проходили дни, а по вечерам повторялась одна и та же скучная история. В седьмом часу приходит ординарец, или как его звали, и рапортует: “Ваше высокоблагородие! все обстоит благополучно, нового ничего нет”. Отец ходит взад и вперед по комнате, адъютант стоит в почтительном расстоянии у дверей и не смеет садиться, я сижу на скамье. Переливается из пустого в порожнее. Да о чем же говорить в этой глуши, где не было ни журналов, ни газет, ни каких-либо книг, кроме вышереченных? Сколько тут накипелось скуки, досады, грусти, отчаяния, ненависти ко всему окружающему, ко всему родному, к целой России! Да из-за чего же было мне любить Россию? У меня не было ни кола ни двора — я был номадом (кочевником), я кочевал в херсонской степи, — не было ни семейной жизни, ни приятных родных воспоминаний, родина была для меня просто тюрьмою, без малейшего отверстия, чтобы дышать свежим воздухом».

Читая это, можем мы сказать, что России, которую он столь остро возненавидел, Печерин вовсе не знал, ибо его наблюдению была доступна лишь армейская жизнь, да и то не на исконно русской земле, а больше на южных окраинах государства, тем более недавно присоединенных к нему: в Бессарабии, Новороссии, в южнорусских степях. В зрелом состоянии ума Печерин трезво признал: «Что такое отечество? Это — земля, семья, родной кров. У меня ничего этого не было. Нельзя же назвать родным кровом какую-нибудь жидовскую квартиру в Новомиргороде или хату, покрытую соломою, в Комиссаровке, где нас однажды снегом занесло, или бивуак под открытым небом в бессарабской степи. Да сверх того, я никогда не жил в собственной России, а все шатался по Лифляндии, Белоруссии, Подолии, Волыни, Бессарабии, даже до Ясс мы доходили. Какое же тут отечество? Человек без земли не что иное, как батрак-чиновник, наемник правительства». «Что же он тогда ненавидел?» — может спросить каждый, прочитав это.

В раннем детстве чистое чувство ребенка было оскорблено несправедливым отцовским отношением к матери. «Какое-то темное, бессознательное чувство мести овладело мною и преследовало меня повсюду. Как иначе объяснить эту тоску по загранице, это беспрестанное желание отделаться от родительского дома, искать счастия где-нибудь в другом месте?» Неприязнь к отцу перешла в ненависть к отечеству. Впрочем, тут раздолье для последователей доктора Фрейда, мы же последуем далее.

Наблюдаемые порядки крепостнической действительности приязни к отечеству в душе Печерина не добавили. Притом, на несчастье свое, он получил воспитание по системе Руссо, идеально-умозрительной, имеющей мало общего с реальной жизнью. Идеология руссоистская есть идеология антихристианская, и уже по одному этому она способна принести немало вреда душе человека, особенно юного, нетвердого в понимании жизни. Система воспитания по Руссо, известно, воспитывает рафинированный индивидуализм, нередко переходящий в заурядный эгоизм.

С ранних лет Печерин являл чрезмерную экзальтированность натуры своей, в чем признался на первых же страницах своих записок. Тут мы можем усмотреть и важную причину его начальной склонности к католицизму: нельзя же пройти мимо такого свидетельства мемуариста о самом себе: «История смерти Спасителя сделала на меня чрезвычайное впечатление. Солнце померкло — земля потряслась — мертвые встали из гробов — завеса храма раздралась надвое. Это зрелище потрясло всю душу — какой-то священный трепет пробежал по всему телу, волосы стали дыбом. Никогда, мне кажется, впоследствии, даже в самые пылкие годы юности, я не испытывал подобного ощущения. Умереть за благо народа и видеть мать, стоящую у подножия моего креста, — было одно из мечтаний моей юности. Вот как первые впечатления влияют на остальную жизнь!» Стремление к подражанию Христу, и подражанию внешне-эмоциональному, весьма характерное для католического миросозерцания вообще, конечно, не могло не сказаться на дальнейшей жизни человека, хотя и не обязательно должно было это выразиться в прямой перемене вероисповедания — да вот выразилось. Отметим и ту словесную формулу, превратившуюся в наше время в назойливый речевой штамп: умереть за благо народа. Заметим для себя, что и Печерин не избежал социально-приземленного осмысления крестной жертвы Спасителя, разделяя заблуждения и более зрелых мыслителей.

 

Склонный к экзальтации с раннего детства, наш герой и в более серьезном возрасте был готов к эксцентричным поступкам, к каким влекла его горячечная фантазия. В тридцать три года, например, он предавался таким странностям:

«Жорж Занд! Какое имя! Какие звуки! Они затрагивают в душе моей давно отзвучавшую, онемевшую струну, но от их легкого эфирного прикосновения она снова трепещет и симпатично отзывается.

Святые отшельники Фиваиды с воображением, разгоряченным уединением и молитвою, часто видели наяву Спасителя, Богоматерь, ангелов и нечистых духов. Вот так и я в моей келье у мадам Жоарис, глядя в окно, осененное густыми деревьями, часто воображал себе, что я вижу Жорж Занд: вот она проходит мимо окна в мужском платье, в соломенной шляпе с широкими полями... Сколько раз я говорил самому себе: “Дай пойду к ней, попрошу ее взять меня себе в прислуги, как она взяла того каторжника”... Вот возвышенные фантазии! Но из этих-то именно глупостей и составляется истая, неподдельная шекспировская поэзия жизни!»

Нечего и говорить, что понятия о христианской аскетике у Печерина не имелось ровно никакого, природа мистических видений осталась им непонятой, да и вообще странно звучит приравнивание видений Спасителя, Богоматери и даже нечистых духов к фантастическим явлениям Жорж Санд. Для человека православной духовности подобное просто невозможно.

В погоне за эмоциональным разнообразием жизни, к чему Печерин был так склонен весьма долгое время, автор «Замогильных записок» устремился в католичество — и как раз в том самом году, когда горячил себя воображаемыми видениями французской романистки: «Определенно ясного ничего не было у меня в голове: переход в католическую Церковь мелькал в каком-то отдаленном тумане... “Мне нужны сильные ощущения”, — сказал я... оправдывая... свой поступок. Действительно, я искал новых ощущений, новых приключений, мне надоела однообразная жизнь».

В самом стремлении к смене эмоциональных впечатлений выразилась у Печерина его тяга к наслаждению (не грубо материальному, но душевному), преподанная ему еще в юные годы учителем-руссоистом, — что и вообще стало краеугольным камнем западной житейской философии, недаром же с голоса иного наставника распевал юный Печерин:

 

Моя философия — это наслаждаться,

Улыбаться милому безумству,

Чтобы наслаждаться еще лучше, быть непостоянным.

Именно так человек весело плывет по течению

Реки жизни.

 

Все это пелось воспитанниками киевской гимназии. «Вот так воспитывалось русское дворянство», — с горечью заметил позднее сам Печерин по поводу этого «гимна» киевских гимназистов. Для скольких воспитанников не прошло даром такое песенное наставление: «Вскоре мой катехизис свелся к простому выражению: цель оправдывает средства». Так что тяготение нашего героя к католичеству и непосредственно к иезуитам, провозгласившим такой лозунг, подсознательно жило в нем задолго до непосредственного контакта с отцами иезуитского ордена.

Парадокс в том, что все шаги, приведшие его к трагическому жизненному итогу, Печерин постоянно объяснял якобы чисто русским рабством собственной натуры, тогда как — повторим определенно — ничего собственно русского (то есть православного по природе) во всех его умствованиях и деяниях не было ни на грош: все оказалось привитым извне — от руссоизма до иезуитизма... Важно, что не только Православия был чужд Печерин с ранних лет, но и от какого бы то ни было христианства далек. В 16 лет он «составил особенное нравственное уложение без малейшей связи с христианскою верою», а к 33 годам пришел (под влиянием Жорж Санд) к окончательному убеждению, «что лучшие стороны религии: аскетизм, самоотвержение, любовь к ближнему — могут развиться независимо от нее, из чистого разума с помощью стоической философии». В таком убеждении он пребывал в самый момент перехода к католицизму, еще раз подтверждая тем, что никаких серьезных убеждений и религиозных исканий в основе такого перехода у него и быть не могло.

Ко всему добавлялось влияние внушаемых его наставниками революционных бредней, в чем он сам с сожалением признается: «Политическая дурь испортила лучшие годы моей юности. Откуда она взялась? Это нетрудно объяснить. Главная часть моего воспитания была на границе Польши и в руках двух политических деятелей, подготовлявших 14 декабря и польское восстание. Мой учитель писал ко мне следующую галиматью: “Свободная нация изберет вас своим первым консулом, и я счастливо умру подле вас”. Этого было довольно, чтобы вскружить голову 15-летнему мальчику...» Печально, что эта голова кружилась после того еще почти двадцать лет. Трезвость мироосмысления пришла к Печерину, увы, поздновато. Не только в России, но и после окончательного бегства в Европу, когда он был уже тридцатилетним зрелым мужем, Печерин увлекался идеями социально-утопическими, хотя и начал под конец испытывать некоторые сомнения по отношению к ним.

Весьма любопытно и курьезно звучали рассуждения одного из «апостолов коммунизма» (так определяет его сам мемуарист), проповедовавшего в Цюрихе идеал будущего земного рая:

«Он ровно ничего не делал, а только, как ревностный апостол, с утра до вечера шлялся по кабакам, где и проповедовал самый бешеный коммунизм. Это была грубая... натура без малейшего понятия о нравственных условиях общества. “Вот видите, пане Печерин, — говорил он мне, — в нашей республике будет такая роскошь и довольство, какие свет еще не видал. С утра до вечера будет открытый стол для всех граждан: ешь и пей, когда и сколько хочешь, ни за что не платя. Великолепные лавки с драгоценными товарами будут настежь открыты, как какая-нибудь всемирная выставка, бери что хочешь, не спрашивая хозяина, — да и где же тут хозяин? ведь это все наше!” “В таком случае, — осмелился я смиренно заметить, — некоторые граждане должны будут сильно работать для того, чтобы доставить обществу все эти удобства”. Апостол немножко смешался: “Ну разумеется, они принуждены будут работать, а то гильотина на что же?”».

Теперь, обладающие историческим опытом, мы имеем возможность слишком трезво оценить подобные идеи: земной рай изначально мыслился основанным на рабстве и кровавом насилии. Это, впрочем, давно известно, да почему-то забывается теми, кто горазд потолковать о русских истоках коммунистических идей. Печеринский «апостол» как раз думал иначе, назвав русскими предрассудками робкие попытки мемуариста возразить на некоторые слишком уж явные благоглупости.

Печерин же отметил весьма свойственное западному сознанию убеждение, будто все эти безбожные и бесчеловечные идеи есть лишь реальное применение к действительности евангельского откровения. «Ведь правду сказать, — вещал тот же «апостол», — Иисус был один из наших; он тоже хотел сделать, что и мы, но, к несчастью, он был бедный человек — без денег ничего не сделаешь, а тут вмешалась полиция: вот так его и повесили!» К этим невежественным бредням Печерин добавил важное присловье: «Впрочем, не первый раз я слышал в Швейцарии подобное мнение, хотя несколько в другом виде. Один благочестивый сельский пастор, с умилением подымая глаза к небу, сказал мне: “Да! Иисус Христос был первым республиканцем”».

Подобные ложные идеи долго бродили по Европе вслед за призраком коммунизма, их же, по-своему осмыслив, подхватили и русские западники, начиная с Чаадаева и Белинского, — вплоть до коммунистических идеологов, приспосабливающихся к изменениям общественной мысли в конце ХХ столетия.

Однако Печерин, с его все же русским здравомыслием, которое не смогли одолеть все западные влияния вместе взятые, пришел к заключению весьма остроумному: «Что такое сен-симонизм? Та же католическая церковь, только в новом виде. Верховный отец — тот же непогрешимый папа, безотчетно управляющий душами и телами членов Церкви: в его руках все сокровища земли: он распределяет работы и занятия, смотря по наклонностям и способностям каждого, и раздает награды, соображаясь с нуждами и заслугами каждого». Несколько позднее эту же причинно-следственную связь осмыслил Достоевский — на предельно высоком философски-эстетическом уровне. Печерин же интуитивно высказал то, что он наблюдал изнутри и пережил в себе весьма остро.

Прослеживая иные свойства натуры Печерина, приведшие его к чуждым для него, по сути, идеям, отвергнутым им в зрелом состоянии ума, следует отметить некоторую податливость и нетвердость его души, каковую он и сам выделил в своем характере как одну из важнейших. Мягкая как воск — говорят о таких натурах. Мягкая — и податливая к внешним влияниям. О Печерине можно было бы сказать некрасовскими стихами:

 

Что ему книга последняя скажет,

То на душе его сверху и ляжет.

 

«Надобно заметить, — признается мемуарист, — что мне ничто даром не проходило. Какая-нибудь книжонка, стихи, два-три подслушанные мною слова делали на меня живейшее впечатление и определяли иногда целые периоды моей жизни».

Склонность к экзальтированному восприятию чужих идей облекала увлечения Печерина порой в формы комические, например: «Вот так я по какому-то инстинкту попал на статью Вольтера о квакерах, где он описывает их житье-бытье и восхваляет их добродетельные нравы. Я так воспламенился любовью к квакерам, что тут же брякнул по-французски письмо в Филадельфию к обществу квакеров, прося их принять меня в сочлены и прислать мне на это диплом, а также квакерскую мантию и шляпу!!! Какова шутка? Вы смеетесь? “Какая колоссальная глупость!” А мне так плакать хочется. Ведь это просто показывает, что русский человек бьется, как рыба на мели, не знает, куда ударить головою». Справедливо было бы так сказать о русском, который утратил связь с истинно русскими основами жизни, с Православием. Оттого и безразлично ему, к какому берегу прибиться: ведь окажись квакеры не в Америке, а католики не так близко в Европе, и не быть бы Печерину среди иезуитов. Отсутствие прочной жизненной основы отдавало нашего героя во власть любой пошлой брошюрки. «Книги имели решительное влияние на главные эпохи моей жизни, — повторяется мемуарист в другом месте. — Да еще бы ничего, если бы это были настоящие книги... а то нет! самые ничтожные брошюрки в каких-нибудь сто страниц решали судьбу мою на веки веков».

И не дивно, что, увлеченный красноречием католических проповедников, не вдаваясь в глубины вероучения, Печерин в какой-то момент вдруг обратился на новый путь, написавши после девятидневного слушания проповедей такое письмо своему новому наставнику: «Я прошел через всевозможные философские системы: я был гегелианцем, пифагорийцем, фурьеристом, коммунистом и пр.; но после ваших проповедей я убедился в истине католической веры и прошу вас поучить меня и наставить на путь правый!»

Но Печерина можно назвать религиозным плюралистом (и не только религиозным); он релятивистски непостоянен в своих привязанностях и ни за одной религией не признал в итоге единственного права на обладание Истиной: «До сих пор религия была необходимым элементом человеческого общества. Все религии одинаково истинны, пока они живут. Нет ничего глубже этого вопроса Пилата Понтийского: “Что такое истина?” Это совершенно относительное понятие. Религия условливается географическими, климатическими, этнологическими отношениями человека. Впрочем, может быть, мы стремимся теперь к какой-то всеобщей религии, в которой соединятся все умы на востоке и на западе».

Последнее замечание весьма знакомо человеку конца ХХ столетия, ибо сколькие недомыслители являют ныне подобные шаблонные суждения: все религиозные истины относительны, поскольку детерминированы различными внешними обстоятельствами; следовательно, возможно объединение всех этих относительно истинных верований в одно универсальное и единое. На это было отвечено уже много раз, но не пренебрежем повторением: все религии и впрямь не могут обладать полнотой Истины и зависят от многих внешних условий, ибо все религии порождены человеческим разумением, — все, кроме христианства, которое есть Божественное откровение и оттого не может зависеть ни от каких земных условий, обстоятельств и влияний; полноту же христианской Истины хранит в себе Единая Святая, Соборная и Апостольская Церковь — Православная, от которой, соблазненные человеческим суемудрием, отъединились различные конфессии, хранящие в своих учениях лишь отдельные элементы христианского вероучения.

Православия Печерин не знал, поэтому и судить о полноте Истины возможности не имел. Ценность же его духовного опыта в том, что он получил возможность исследовать конфессию, которая открылась ему в его собственном нелегком опыте. Обладая способностью очаровываться и пьянеть от разного рода внешних эффектов, которые время от времени завладевали его вниманием — то очередная брошюрка, то случайно услышанная проповедь, — Печерин в то же время был склонен и к постепенному трезвению, так что нам весьма интересны и важны его наблюдения и выводы, его оценки католической жизни вообще. Прислушаемся к словам католического патера, выражающие не взгляд стороннего наблюдателя, но познавшего предмет суждения изнутри.

«Католическая церковь есть отличная школа ненависти».

«В современной католической церкви везде господствует мишурный вкус... Это напоминает мне польскую графиню, виденную мною в Хмельнике в 1823 году: ей было лет за 70, но она всегда румянилась самою нежно-розовою краскою и с полуоткрытою грудью была одета точно как девушка лет шестнадцати — вот католическая Церковь в ее настоящем виде».

«А в Риме и подавно мне дышать было невозможно: там самое средоточие пошлейшего честолюбия. Вместо святой церкви я нашел там придворную жизнь в ее гнуснейшем виде. Вместо идеальных монахов, погруженных в созерцание вечных истин, изучающих в уединении природу и искусство, я видел безграмотных лентяев, бродящих от безделья по форуму или сидящих по целым часам в передних кардиналов в ожидании каких-либо милостей для их ордена. Самый подлейший русский чиновник, сам Чичиков никогда так не льстил, не подличал, не пресмыкался, как эти монахи перед кардиналами. Из-за этого одного следовало бы давным-давно уничтожить светскую власть папы: она — поругание разума, святотатственное посягательство на достоинство человека, позорное пятно на щите ХIХ столетия».

«О, Рим! Я ненавижу тебя: ты арена честолюбий и подлых интриг. Здесь пренебрегают заботой о душе и думают лишь о том, как возвыситься и преумножить доходы, здесь живут только для себя (“создадим себе имя”), протирают подошвы в кардинальских прихожих».

Не забудем: это пишет католический священник. Он же приходит к безрадостному итогу:

«Больше я не могу питать себя иллюзиями. Мы являемся лишь светской конгрегацией, и жизнь наша совершенно мирская. Мы не можем со всей достоверностью сказать, что мы покинули мир: на самом деле мы живем в мире, и мы тесно связаны со всеми его заботами, со всеми его страстями. Мы не остаемся безразличными к повышению и понижению денежного курса. Среди нас есть истинные собственники, ум которых неизбежно занят заботой о средствах сохранения и увеличения своих доходов».

Иными словами можно было бы сказать: католичество усердно занимается собиранием «сокровищ на земле» — и только. Истинно ли это с точки зрения заповедей Христа Спасителя — пусть каждый решает самостоятельно.

Описывая настоятеля монастыря в Англии, Печерин не сдерживает сарказма: «Этому де Бюгеномсу следовало бы быть кардиналом: он всех дипломатов бы за пояс заткнул. Куда твои Меттернихи и Талейраны! Он человек был вовсе не ученый и далеко не блестящего ума — но хитрость, но лукавство, но терпеливая пронырливость, но умение подделываться ко всем характерам для того, чтобы достигнуть своих целей, а выше всего — особенный дар подкапываться под своего начальника всеми неправдами и клеветами и, улучив счастливую минуту, сшибить его с ног и сесть на его место — вот в этом он был неподражаемый мастер». И добавляет под конец столь выразительной характеристики: «Одна католическая церковь может производить таких великих людей».

Печерин внимателен к той стороне жизни католиков, которая является самой сердцевиной так называемой католической духовности, и в своих наблюдениях точен: «Католическое благочестие часто дышит буйным пламенем земной страсти. Молодая дева млеет от любви перед изображением пламенеющего, терниями обвитого, копьем пронзенного сердца Иисуса. “О любовь распятая! любовь, кровью истекающая! любовь, из любви умирающая!” Святая Терезия в светлом видении видит прелестного мальчика с крыльями: он золотою стрелою с огненным острием пронзает ей сердце насквозь, и она, изнывая в неописанно сладостном мучении, восклицает: “Одно из двух: или страдать, или умереть! Без страданья жить не хочу! Умираю любя!” Вот женщина в полном смысле слова! Итак, столетия прошли напрасно: сердце человеческое не изменилось; оно волнуемо теми же страстями и тех же богов зовет себе на помощь, и древний языческий купидон в том же костюме и с теми же стрелами является в келье кармелитской монашенки XVI столетия».

Печерин касается, по сути, той особенности католического религиозного состояния человека, какое, как мы помним, было определено утверждением гуманистических идей еще при самом начале Возрождения, отрицанием нетварной природы Фаворского света. Душа католика оказалась обреченной на чисто эмоциональное душевное переживание, на экзальтацию, истекающую из языческого по природе мирочувствия, что так заметно проявилось в ренессансные времена и с чем Печерин соприкоснулся в середине XIX века, хотя и не в столь крайней форме, как у Терезы Авильской. Ничто не изменилось, да и не могло измениться при постоянстве вероучительной основы католичества.

С этой особенностью душевной жизни католиков связано, несомненно, и своеобразие католического искусства, отобразившего не углубленную духовную жизнь, молитвенный аскетический опыт, но увлекшегося внешними эффектами, манерными ужимками под видом религиозного экстаза. «...Везде видно отсутствие простоты, — обобщает Печерин свои наблюдения, — все как-то натянуто, неестественно, вычурно, везде проглядывает какое-то мелкое тщеславие».

Обмирщение церковной музыки стало давней отличительной чертой католического секуляризованного искусства: «В музыке тот же ложный мишурный вкус. В папской капелле в Ватикане поют еще кое-как сносно; но во всех других местах везде оперная музыка: им недостает только пригласить Штрауса проиграть вальс во время обедни. К чести греческой Церкви должно сказать, что она с нерушимою верностию сохранила вместе с древними обрядами и древнее величавое, благолепное песнопение. На Западе оно совершенно потеряно. Некоторые из здешних священников слушали обедню в русской церкви в Женеве: они в восхищении от нашего песнопения, никогда ничего подобного в жизни не слыхали — да и где же им? С самого детства они слушают только итальянские рулады да вальсы Штрауса».

Отметим это возвышение православного пения над западным (напомню, Православие в XIX веке часто называли греческой верой, что, разумеется, не вполне точно — но так уж повелось). Ему бы понять, что тут выразилось не только сохранение древних обрядов и благолепного песнопения, но и отразившаяся во внешней форме внутренняя связь с Истиной. Но на это Печерин оказался неспособен. Он на собственном опыте убедился в одной из важнейших отрицательных особенностей католической жизни, в какой особенно преуспели иезуиты (а он долгое время жил среди них). Печерин ощутил отсутствие подлинной духовной свободы, которая должна являться самой основой христианского бытия. «...Если отнять у человека разумную свободу, то что же останется? Хорошо дрессированная скотина, лошадь или собака, выкидывающая разные штуки по мановению хозяина. Но к этому именно и стремится вся система иезуитов. По словам святого Игнатия (Лойолы. — М. Д.), иезуит в отношении к своему настоятелю должен быть как бездушный труп, как посох в руках старца и пр.»; «В духовных упражнениях св. Игнатия человеческий ум похож на осла или быка, который ходит кругом и приводит в движение мельницу. Вечно в том же кругу он вертится, не подвигается вперед, нет ничего нового, нет прогресса. Эти упражнения — наилучшее средство для скования человеческого ума. Они имеют целью ошеломить человека, лишить его свободного употребления даров природы, смирить его физически и нравственно, то есть лишить его всякой энергии и сделать его бесчувственным орудием в руках того, кто им управляет. Деспотизм никогда ничего совершеннее не изобретал».

Нас не должно смутить упоминание Печериным смирения, ибо он говорит здесь о смирении рабском, о бесчувственной покорности деспотизму человеческой воли. Истинно же христианское смирение есть свободное волевое стремление человека следовать воле Творца. Святитель Василий Великий писал: «...ты не тогда признаешь служителей исправными, когда держишь их связанными, но когда видишь, что добровольно выполняют перед тобою свои обязанности. Поэтому и Богу угодно не вынужденное, но совершаемое добровольно — добродетель, а не от необходимости...» Печерин, по сути, свидетельствует, что католичество пренебрегло этой мудростью. Осмысляя подобную измену слову и делу Спасителя, Достоевский позднее дал глубокое истолкование того: свободу готова отвергнуть поврежденная грехом природа человека, терзаемого беспокойной совестью. «...Нет у человека заботы мучительней, как найти того, кому бы поскорее передать тот дар свободы, с которым это несчастное существо рождается. Но овладеет свободой людей лишь тот, кто успокоит их совесть», — возглашает великий инквизитор одну из важнейших идей католичества, обнажая тайный смысл папизма. Печерин опытно прикоснулся к этому нерву католической жизни, заплатив за обретенное знание трагедией жизни собственной.

Поэтому-то, узнав о планах проникновения иезуитов в Россию, он воскликнул: «Нет, брат! погоди! У нас на Святой Руси еще не спятили с ума до такой степени, чтобы пригласить иезуитов». Увы, в конце ХХ и в начале XXI века можно возразить: уже спятили, уже действует в России орден иезуитов. Внешне система воспитания, выработанная иезуитами, основана на предоставлении как бы полной свободы наставляемым. Впрочем, по поводу либерализма одного из наставников Печерин заметил: «Он, может быть, потому был так либерален, что сам ни во что не верил».

Подлинное вытравливание свободного духа происходит незаметно, свобода растворяется в механистичности внешних занятий, подменяющих собою подлинное духовное делание. Это особенно заметно в жизни монашеской: «...в настоящем монастыре эти оба труженика, то есть разум и воля, давным-давно отпеты и похоронены. История монаха — то же, что история карманных часов. Вот ты их завел, и они идут: стрелка медленно передвигается от секунды до секунды, от минуты до минуты, от часа до часа в продолжение 24 часов. Вот так и жизнь монаха. “Ну да тут есть разница: у часов нет мозга, нет мысли, а у монаха есть”. Правда, мысль у него есть, но ведь и она тоже заведена и медленно движется от утренней молитвы до псалмопения, от псалмопения до обедни, от обедни до духовного чтения, от обеда до ужина, а потом ее кладут спать, а поутру, часу в четвертом или пятом, опять ее заводят. Наконец, мысль превращается в какой-то ржавый механизм, как, например, у траппистов, где не позволяется ни говорить, ни читать, ни мыслить, где вся жизнь проходит в пении псалмов и земледельческих работах — там мысль улучшается и совершенно исчезает человек падает ниже скота и живет уже какою-то прозябательною жизнью».

Среди важнейших свойств внутренней жизни католической церкви патер Печерин называет действенное любостяжание, с каким он сталкивался всюду — от Ватикана до небольшого провинциального монастыря: «У монаха сердце черствое, заплесневшее, заржавленное. У него одна мысль: Святая Церковь и обитель; единственные движения его сердца — если оно когда-нибудь движется — подобострастие к начальству, мелкое честолюбие и беспредельное, неизмеримое, как океан, любостяжание!»

Конечный вывод католического священника Печерина убийствен для церкви, в лоне которой прошло более сорока лет его жизни: «Вот христианство, доведенное до абсурда! Какое торжество для иудеев! И так они пережили своего лютого врага! Вот этот выскочка из их же семьи! Вот это христианство! Оно прошумело несколько столетий, пролило потоки крови в бессмысленных войнах, сожгло миллионы людей на кострах — а теперь оно издыхает от старческого изнеможения перед глазами этих же самых иудеев. А у них все осталось по-прежнему: они не устарели — они вечно юны и будущее им принадлежит. Они везде блистают умом — в науке, в искусстве, в торговле, половина европейской прессы в их руках. Закон их не изменился ни на одну йоту, они поклоняются тому же единому Богу Авраама, Исаака и Иакова, и на них буквально исполнились слова их пророка: “Вы будете опекунами, отцами-благодетелями, кормильцами властителей мира. Цари вас будут на руках носить” и пр. Какое блистательное исполнение пророчества!»

Своими трезвыми наблюдениями Печерин опроверг мнение Чаадаева, мнившего именно в католицизме найти верного водителя ко всеобщему благосостоянию человечества: «Католицизм с его новейшими развитиями и притязаниями несовместим с порядком и благосостоянием никакого благоустроенного государства». Печерин, этот якобы идеальный западник, Запад как раз и отвергал многажды, например: «Латинские народы сгнили до корня, и нет надежды на их возрождение, потому что они слишком много болтают: во многоглаголании несть спасения». Не было у него и почтения к Америке, которую он поименовал «прибежищем всех скорбящих и всех негодяев», «океаном всемирных нечистот». Не питая, как мы знаем, любви к своему отечеству, Печерин тем не менее отдает России явное предпочтение, когда сравнивает отдельные стороны российской действительности (которую он все-таки почти тридцать лет наблюдал) с тем, что узнано им за пределами оставленной навсегда родины. Даже пресловутое взяточничество российское оказалось не столь ужасным в сравнении: «...Россия ужасно как отстала. Где же нашим бедным взяточникам, оклеветанным Гоголем, тягаться с американскими взяточниками! Там почтенные сенаторы торгуют своими голосами в народном собрании, гуртом продают их за огромные суммы. Где же нам!»

 

Со временем у Печерина все более и более развивалась некая бессознательная склонность к России, ко всему русскому, что сказывается у него нередко во всякого рода второстепенных деталях, мимоходных замечаниях, ненатужно, как бы само собою; и вдруг оказывается, что он, который, казалось ему, страстно ненавидит Россию, он безнадежно и втайне от самого себя любит ее, не может не любить до скончания дней своих.

Отделенный от родины целой Европой, он издает подлинный вопль любви, отчаяния и тоски: «...у меня необходимо две жизни: одна здесь, а другая в России. От России я никак отделаться не могу. Я принадлежу ей самой сущностью моего бытия, я принадлежу ей моим человеческим значением. Вот уже 30 лет, как я здесь обжился — а все-таки я здесь чужой. Мой дух, мои мечты витают не здесь — по крайней мере, не в той среде, к которой я прикован железной цепью роковой необходимости. Я нимало не забочусь о том, будет ли кто-нибудь помнить меня здесь, когда я умру; но Россия другое дело. Ах! как бы мне хотелось, как бы мне хотелось оставить по себе хоть какую-нибудь память на земле русской! Хоть одну печатную страницу, заявляющую о существовании некоего Владимира Сергеевича Печерина! Эта печатная страница была бы надгробным камнем, гласящим: здесь лежит ум и сердце В. Печерина».

Так что же держало его там, на Западе? Когда-то он с такой легкостью менял место и среду обитания, занятия, миропонимание, веру даже... Но теперь былой легкости не было. Теперь он ощущает скованность железной цепью роковой необходимости. Да и куда возвращаться? Дома нет, как нет ни близкого человека там, на родине, никакой привязанности. Еще он боялся политических репрессий за переход в католичество — вероятно, ошибаясь в том. Почвы не было, точки опоры — вот что: «Если бы я теперь возвратился в Россию, то со мною случилось бы то же, что с Ноевою голубицею. После страшного потопа ее выпустили из ковчега. Чего бы, кажется, лучше — возвратиться на родную землю, где она родилась и была воспитана? А вышло иначе. Бедная голубка попорхала, поглядела и, не обретши покоя ногами своими, возвратися в ковчег. Вот то же бы и со мною было. На всем неизмеримом пространстве русской империи нет нигде ни пяди земли, где бы я мог найти покой ногами своими, нет ни одной точки, где бы я мог стать твердою стопою... Мое появление в России было бы похоже на появление мертвого после сорокалетнего могильного сна... Все единогласно приговорили бы этого воскресенца к смерти и поспешили бы снова заколотить его в гроб».

А все же и это можно было бы одолеть: живи в нем тяга к тому основному, без чего не может и ощущаться истинно связь со всем, что составляет понятие родины. Была бы тяга к вере отцов.

Никуда не деться от вопроса, какой у всякого читателя рано или поздно да появится: а что же Православие? Если человек понял ложь отступления от Истины, то отчего не вернулся к Истине?

Да, он сумел разглядеть ложь, да не знал, где Истина. Он ведь, вспомним, не признавал полноты Истины нигде, ни в одной вере. Он допускал появление Истины в некой новой, синтетической религии, сложенной из кусочков относительных истин всех нынешних вероучений. Но может быть, и ощущал бессознательно, что из осколков, подобных католичеству, как ни крути, ничего путного не сложишь.

Да он как будто и не искал Истины с самого начала, его влекло внешнее даже в его религиозных потребностях. «Ну уж! — подумал я. — Коли нужна религия, то подавай мне ее со всеми очарованиями искусства, с музыкою, живописью, красноречием...» Это все слишком поверхностно.

А что он знал о Православии? Первые впечатления о нем он вынес в детстве, из общения с православными батюшками, которых единственно мог узнать.

«Ведь я всего попробовал — даже православного воспитания. Вот, например, в 19-м году в Дорогобуже, Смоленской губернии, мы стояли на квартире в доме протопопа благочинного. Уж чего бы, кажется, лучше? Вот отец так и отдал меня ему в науку, и старик учил меня всему, что сам знал, — разумеется, когда был трезв. А то ведь он часто так разгуляется, так хоть святых вон неси, так и пойдет в потасовку с своим сыном, парнем лет двадцати. Не раз я видел, как этот благовоспитанный молодой человек таскал за бороду своего почтенного родителя.

<...> А о нашем полковом священнике так нечего и говорить. Он был разбитной малый, совершенно в уровень с своим военным положением. Как загнет, бывало, двусмысленную шутку, так что твой уланский вахмистр!»

Конечно, о вероучении нельзя судить по качествам отдельных даже священнослужителей его — да ведь мальчику было всего 12 лет тогда, и он не осмыслял проблему столь глубоко. Он просто жил впечатлениями.

Без сомнения, в Православной Церкви можно было встретить истинных светильников веры, подвижников благочестия, наконец, просто благочестивых священников — да ему не довелось с ними встретиться.

А в контрасте с виденным — разные соблазнительные системы и идеи, все сплошь на благих стремлениях основанные. А перед глазами — с одной стороны, пьяный протопоп, а с другой — благодетельный, добропорядочный руссоист с романтическими бреднями. Кого выбирать?

Вот и задуматься еще раз каждому об ответственности за Православие. Пусть даже один дурной пастырь будет из тысячи, но когда он, единственный, встретится кому-то, отвращая от истинной веры, — все остальное как бы не в зачет.

В более зрелом возрасте отвратила Печерина от Церкви та официальная установка, которая касалась каждого чиновника, должного представлять начальству свидетельство об исповеди и причащении. «Идти говеть по указу и причащаться св. тайн без веры и с кощунством, до этого я не мог унизиться; мне это казалось первою подлостью и началом всех прочих подлостей». Печерин отвергал несвободу у католиков, так и у православных она не могла его привлечь. Тоже урок.

Православная же духовность, истинная духовность, когда он с нею в немногих случаях соприкасался, не могла его не привлекать. Так, он с презрением отзывался о католических проповедниках, но особо ценил слово святителя Иоанна Златоуста, замечая: «Тут вся Россия будет на моей стороне». Однако из святых отцов он, кажется, более никого не знал (в мемуарах о том ни слова). Приходится поражаться, насколько поверхностны представления Печерина об истинной глубине религиозной жизни. Вот, к примеру, его суждение о смысле монашеского подвига: «Мне кажется, что все обители, начиная с Пифагора до наших времен, были основаны добродушными, но ленивыми философами, которым не хотелось барахтаться в общественной грязи для преобразования человечества: они выбрали то, что было гораздо легче: собравши кучку единомышленных людей, аристократически брезгуя светом, они удалились в какой-нибудь загородный дом или подальше в пустыню, для того чтобы там жить во взаимном согласии и любви, подчиняясь ими же самими добровольно избранным законам и начальникам. Это так называемый идеал христианской республики; но это вовсе ничего не доказывает и не решает задачи общественного устройства». Здесь что ни слово, то ложь и непонимание. Сухой рационализм такого суждения неприятно удивляет. Ясно также: истинного критерия иноческой жизни у Печерина не было. Оттого-то, отвергая видимую им ложь, он просто не знал, чего же нужно искать истинного, и все более укреплялся в мысли о существовании сковавшей его железной цепи.

Вообще, Печерина отличает скорее протестантский тип мышления, так что эволюция его взглядов должна была бы еще более отдалить этого католического священника от Православия. Не требует комментария такое, например, рассуждение Печерина: «...всего более меня поразило, это было, что Лютер в Библии нашел новую очищенную религию. Вот этого мне и надо! Этого я давно ищу! Ну что ж? Если Лютер мог найти чистую веру в Библии, то почему ж и мне не попытаться?» По такому пути следуют слишком многие, особенно в наше время, недаром же ныне насчитывается уже более двадцати тысяч сект протестантского толка. Можно сказать: сколько умов, столько возможно и толкований Библии, когда умы эти в гордом ослеплении даруют себе полный произвол в осмыслении Слова Божия. Может быть, и Печерин последовал бы тем же путем, спохватись он чуть раньше, но ложь католицизма открылась ему слишком поздно, и оставалось лишь следовать тому, на что он сознал себя обреченным до конца дней: «...я теперь совершенно хладнокровно и равнодушно смотрю на обстоятельства, приковывающие меня к распадающемуся трупу католицизма... Ах! если бы мне как-нибудь исчезнуть, пропасть где-нибудь так, чтобы и след мой простыл, чтобы и слуху не было о моем священстве и католичестве! Но это тоже мечты, несбыточное дело. Нельзя же человеку совершенно исчезнуть. Надо примкнуть к какой-нибудь партии, к какому-либо верованию. А я ни во что не верю».

«Я ни во что не верю»... Что тут скажешь! Печерин же сам ясно указал, что встало на его пути к Истине: он заразился тем, чем соблазняло человека Нового времени торжествующее безбожие, — рационализмом. Изъяснившись, отчасти манерно, он обозначил исходный момент своего отступничества, покидая Россию: «Я извлек из своего измученного сердца несколько капель крови и подписал окончательный договор с диаволом, и этот диавол — мысль».

Слово вырвалось: «диавол». Разумеется, можно обставить это признание многими оговорками, признав не буквальный же, но лишь метафорический смысл его. Однако как ни изощряйся в оправданиях, а понятие обозначилось вполне. Он ведь, вспомним его признание, и «лучшие стороны религии: аскетизм, самоотвержение, любовь к ближнему» выводил из «чистого разума». Оттого-то, порицая католических монахов, он все сетовал на отсутствие у них свободы мысли, не более, а о молитвенном аскетическом подвиге даже не подозревал, а об умной молитве понятия не имел — без чего никакое суждение об иноческой жизни не имеет смысла, оставаясь лишь поверхностным суесловием.

Поэтому все чаяния и упования свои он не распространял слишком далеко, отвергая не только христианские идеалы (в которых разочаровался), но и социальные учения. «Я просто верую в постепенное развитие человеческого рода посредством науки и промышленности; я уверен, что со временем, постепенно жизнь сделается легче, удобнее, будет менее неприятных столкновений, удобства жизни распространятся на все классы общества, а далее этого я ничего не ожидаю. Но веровать в какой-то земной рай, в какую-то жизнь грядущего века, где все будут одинаково богаты, одинаково счастливы, одинаково умны, “иде же ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная”, — по-моему, это тот же фанатизм, только в другом виде, и я это верование представляю поклонникам социализма, коммунизма, нигилизма и пр.».

Российская действительность ввергла Печерина при начале жизни в тоску и отчаяние. Не в первый раз уже встречаем мы эти крайние проявления уныния, отраженные русской литературой, — но теперь лишний человек явственно предстает перед нами во плоти, а не в воображении романиста: «...моим сердцем овладело глубокое отчаяние, неизлечимая тоска. Мысль о самоубийстве, как черное облако, носилась над моим умом... Оставалось только избрать средство. Я не знал, что лучше: застрелиться ли или медленно погибнуть от разъедающего яда мысли... — писал он при расставании с Россией. — Я погрузился в мое отчаяние, я замкнулся в одиночество моей души, я избрал себе подругу столь же мрачную, столь и суровую, как я сам... Этою подругою была ненависть! Да, я поклялся в ненависти вечной, непримиримой ко всему меня окружавшему! Я лелеял это чувство, как любимую супругу. Я жил один с моею ненавистью, как живут с обожаемою женщиною. Ненависть — это был мой насущный хлеб, это был божественный нектар, коим я ежеминутно упивался».

Не правда ли, местами это слишком похоже на «Журнал Печорина»? И писалось почти одновременно, так что остается еще раз поразиться художественному чутью Лермонтова, определившего своего героя — героем времени.

Тоска, отчаяние, ненависть — вот краеугольные камни, на которых задумал человек возвести собственное бытие, извергая себя из отечества и устраиваясь в западном мире. В четвертом углу лег камень рационализма.

Но оказалось, что основа была непрочной, возводимое здание обрушилось, и под его обломками душа Печерина терзалась в метаниях между желанием бросить упрек Творцу и фаталистическим бесчувствием: «Вечное правосудие! Я предстану пред твоим престолом и спрошу тебя: “Зачем же так несправедливо со мною поступлено? За что же меня сослали в Сибирь с самого детства? Зачем убили цвет моей юности в херсонской степи и петербургской кордегардии? За что? За какие грехи?” Безумие! Фразы! Риторика! На кого тут жаловаться? Тут никто не виноват. Тут просто исполняется вечный и непреложный закон природы, перед которым все одинаково должны преклонять главу. Никому нет привилегии. Попал под закон — ну так и неси последствия. Это — закон географической широты. Жалоба моя так неосновательна, как если бы какая-нибудь русская елка или березка, выросшая под архангельским небом, вздумала плакаться на то, зачем-де она не родилась пальмою или померанцевым деревом под небом Сицилии!»

А ведь это состояние, близкое к богоборчеству.

Человеку, проклявшему родину, отрекшемуся от полноты Истины (пусть он и не подозревал о том), устремившемуся к удовлетворению собственного честолюбия — ничего не осталось, кроме бессильных укоров и равнодушия ко всему.

За десять лет до того момента, когда Печерин принялся за свои записки, Тургенев сформулировал закон внутренней духовной связи человека с родиной, с Россией: «Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас без нее не может обойтись. Горе тому, кто это думает, двойное горе тому, кто действительно без нее обходится». Судьба Печерина — тому подтверждение. Хотел он того или нет — но вот та «единственная идея», которая определила всю его жизнь.

Трагедия Печерина — закономерный итог практического западничества. Тупик самодовлеющей бездуховности, в какой только и может завести трезвый рационализм последовательного антиправославия любого толка.


АКТУАЛЬНЫЕ СТАТЬИ
Комментарии

11.06.2021
Громкая отставка в Белорусском Экзархате: архиепископ Гродненский и Волковысский Артемий, критиковавший законную власть в Белоруссии, снят с кафедры и отправлен на покой

7.06.2021
Владислава Романова

ОВЦС и раскол в Московской Патриархии.
К юбилею самого «эффективного» церковного отдела

1.06.2021
Сергей Худиев

Отказавшись от вакцинации, можно стать убийцей

4.06.2021
Светлой памяти протоиерея Владимира Правдолюбова (†23.05.2021)
Протоиерей Владимир Правдолюбов

Истинный смысл современной проповеди сверхчастого причащения

25.05.2021
Кто тормозит канонизацию Евгения Родионова

31.03.2021
Анатолий Степанов

Почему православные превратились в авангард борьбы против вакцинации?

19.05.2021
Николай Каверин

О либерально-обновленческих и политических взглядах протоиерея Алексия Уминского

30.05.2021
Николай Каверин

О проекте документа Межсоборного присутствия «О благословении православных христиан на исполнение воинского долга».
Церковь о войне, убийстве на войне и о защите Отечества. Апология православного милитаризма

16.05.2021
Архимандрит Рафаил (Карелин)

О декламации в храме

11.04.2021
Николай Каверин

Ядерное оружие России и российские антиковидные вакцины – единственный гарант суверенитета нашей Родины

27.05.2021
Андрей Иванов, Борис Котов

Пророчество Петра Дурново

23.05.2021
Протоиерей Димитрий Шишкин

«Нетолерантная» истина

26.04.2021
Николай Каверин

О католическом влиянии на движение сторонников «евхаристического возрождения»

29.12.2019
Игумен Адриан (Павлов)

Литургические новшества архимандрита Софрония (Сахарова)

21.05.2021
Святой мученик Христофор и его иконография

29.03.2021
Николай Каверин

Об отмене Исповеди перед причащением Святых Таин

10.05.2021
Николай Каверин

Если нечисть в рясах на День Победы беснуется, то значит у нас всё правильно!

13.05.2021
Святитель Игнатий Брянчанинов

О чистоте

18.04.2021
Протоиерей Константин Буфеев

О возрождении манихейской ереси в эволюционистском богословии протоиерея Александра Меня

9.03.2021
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

В защиту Главного храма Вооруженных сил России от церковных либералов и антисоветчиков

2.03.2021
Протоиерей Сергий Антиминсов

Протоиерей Александр Мень как комментатор Священного Писания

28.02.2021
Архиепископ Никон (Рождественский)

Памятники-статуи святым угодникам

17.01.2021
Протоиерей Петр Андриевский (†2012)

Апологет ереси (Об искажениях православного вероучения в сочинениях диакона Андрея Кураева)

18.02.2021
Мария Алферьева

Метаморфозы отца Александра Меня

16.02.2021
Протоиерей Константин Буфеев

Крайности эволюционизма.
Странные рассуждения о науке и вере в одной статье на сайте «Богослов.ру»

22.02.2021
Протоиерей Алексий Касатиков

Эволюция: от обезьяны Дарвина к «обезьяне Бога»

21.04.2021
Грех блуда и борьба с ним

3.02.2021
Владимир Шкляев

О составителях «житий» новомучеников

10.02.2021
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

«Белые платочки спасли когда-то церковь».
Ваше Святейшество, вступитесь за них!

31.01.2021
Президент – мой друг!

29.01.2021
Архимандрит Клеопа (Илие)

Не подавай меча вместо пищи.
Беседа о Святом Причащении и подготовке к нему

27.01.2021
Вячеслав Макарцев

Эсхатологическое бесчувствие

1.12.2020
Николай Каверин

Откуда происходит практика сверхчастого причащения и куда она может привести

21.01.2021
Лидия Соколова, Светлана Романова

«Обличение сталинской тирании и коммунистического тоталитаризма...»?

20.01.2021
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

«Просим Церковный суд приобщить к делу “о признании заштатного клирика г. Москвы протодиакона Андрея Кураева подлежащим извержению из священного сана” богословский разбор его публикаций».

14.01.2021
Андрей Кураев: «православный хам» или хамоватый еретик?

15.01.2021
Александр Стрижев

Чего не изрекал преподобный Серафим Саровский.
К вопросу о псевдоцерковном мифотворчестве

12.01.2021
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

К 30-летию событий 13 января 1991 года в Вильнюсе.
Призываем митрополита Илариона (Алфеева) вернуть литовским властям государственную награду «За мужество и самопожертвование»

4.01.2021
После призыва Патриарха Кирилла к москвичам не пренебрегать богослужениями глава ОВЦС МП попросил верующих не ходить в храмы на Рождество.
Кого же слушаться бедным российским христианам?

24.12.2020
Николай Каверин

Креативный миссионерский кураж

28.12.2020
Священник Алексий Гоков

Как пацифисты фальсифицируют историю Церкви.
Комментарий на текст протодиакона Кураева об антимилитаризме ранней Церкви

2.01.2021
Михаил Тюренков

«Кураев – на выход!»
Скандального протодиакона приговорили к лишению сана. На очереди анафема?

22.12.2020
Владислав Артемов

Безумие Православия

29.12.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

Мистическая сущность греха

15.12.2020
Протоиерей Андрей Ромашко

Когда очень хочется раскола.
О Соборе православных мирян (31.10.2020 г., Москва)

18.12.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Ударял ли святитель Николай в ланиту Ария?
В защиту Священного Предания от нападок протестантствующих и «новых саддукеев»

10.11.2020
Протоиерей Алексий Касатиков

Царский путь в ситуации с COVID-19: как пройти между малодушным страхом и слабоумной отвагой

26.11.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

О профанации любви

10.12.2020
Павел Панов

Еще раз о соблазне западной культурой

6.12.2020
К 55-летию «снятия анафем» 1054 года Константинопольским патриархом Афинагором и папой Римским Павлом VI в 1965 году

29.11.2020
Протоиерей Сергий Правдолюбов

Воспоминания о работе комиссии по богословским воззрениям свящ. Георгия Кочеткова в 2000 году

19.11.2020
Тимур Давлетшин

Кочетковщина и власовщина

8.11.2020
Михаил Тюренков

Избавится ли Русская Церковь от секты кочетковцев?

17.11.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

О нецелесообразности включения в Месяцеслов нового «праздника» в честь «Святых Отец Поместнаго Собора Церкве Русския»

13.11.2020
Диакон Владимир Василик

О новой дате в церковном календаре: День поминовения всех жертв автомобильных катастроф

15.11.2020
Андрей Рогозянский

Почему лекции С.Чапнина в МДА – это нонсенс

28.10.2020
Михаил Новоселов

Письма к друзьям. О ложном воззрении на церковную иерархию как на непогрешимый авторитет в вопросах веры

1.11.2020
Николай Каверин

О современных «пророчествах» Авеля-прозорливца

5.11.2020
Протоиерей Константин Буфеев

О неканоничности служения литургии апостола Иакова в Русской Церкви

4.10.2020
Патриарх Кирилл в декабре 2019 года запустил в Русскую Церковь губительный вирус обновленчества и богослужебного реформаторства.
Письмо в редакцию сайта «Благодатный Огонь»

21.10.2020
Николай Каверин

Елицы вернии – изыдите!
О миссионерской литургии

7.10.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Рецидив неообновленчества.
Послесловие к письму в редакцию «Благодатного Огня» прихожанки храма в г. Балашихе

11.10.2020
Протоиерей Константин Буфеев

В Церкви активизировался вирус обновленчества

15.09.2020
Свидетельства о поведении кочетковцев на богослужениях

20.09.2020
Николай Каверин

О замечательных книгах из серии «Жизнь замечательных людей» одного замечательного митрополита: продолжение следует?

29.09.2020
Протоиерей Петр Андриевский (†2012)

Россия перед Вторым пришествием... Несбывшиеся предсказания (+ВИДЕО)

13.09.2020
Николай Каверин

Тайное униатство.
Криптокатолицизм в Православной Церкви

1.10.2020
Протоиерей Петр Андриевский (†2012), Николай Каверин

Кто такой «Удерживающий»?

17.09.2020
Священник Александр Шумский †16.09.2020

Светлой памяти священника Александра Шумского.
«Солженицынизм» и историческая правда – несовместимы

10.09.2020
Куда способны увести наставления протоиерея Александра Меня

23.09.2020
Вячеслав Мальцев (†2004)

Соблазн «розового христианства»

18.10.2020
Протоиерей Константин Буфеев

Порядки старые не новы.
К дискуссии о проекте Межсоборного Присутствия «О подготовке ко Святому Причащению».
Извержение из сана свящ. Феодора Людоговского

30.08.2020
Николай Каверин

Необходим ли в Русской Церкви сейчас Поместный Собор?

26.08.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Митрополит Савва, помимо реформы языка богослужения, причащал православных верующих в кафедральном соборе Твери Телом Христовым и простым вином

15.10.2020
Александр Камчатнов

Горé имеим сердца, или Еще раз к вопросу о языке богослужения

4.09.2020
Тимур Давлетшин

О «православном» цезаропапизме

7.09.2020
Протоиерей Вадим Леонов

О православном понимании таинства Евхаристии

24.08.2020
Тверская епархия может стать плацдармом разрушения Русской Православной Церкви

21.08.2020
Иеромонах Роман (Матюшин)

Не соблазняйте малых сих

11.08.2020
Михаил Тюренков

«Призрак автокефалии»: Станет ли Белорусская Церковь антирусской

2.08.2020
Владимир Семенко

Бывший схиигумен Сергий (Романов) становится проводником революции в Церкви

29.08.2017
Николай Каверин

Православная Церковь Белоруссии на пути в европравославие

16.08.2020
Обращение митрополита Екатеринбургского и Верхотурского Кирилла с разъяснением канонического положения схимонаха Сергия (Романова)

10.08.2020
Алексей Горожанин

Обязаны ли мiряне причащаться Святых Христовых Таин на каждой литургии?

8.12.2020
Пантелеимон Филиппович

Церковный либерализм: взгляд из Белой Руси

15.09.2011
Протоиерей Владимир Чувикин

Протоиерей Владимир Чувикин: «Книжная справа сейчас несвоевременна».

2.09.2020
Иеромонах Серафим (Роуз)

Устав

7.02.2021
Григорий Глушенков

Кто убил митрополита Киевского Владимира: большевики или украинские националисты?

14.07.2020
Крупный теоретик сексуальных отношений Кураев проповедует мальчикам о самом актуальном для него занятии – об онанизме

12.07.2020
Протоиерей Димитрий Шишкин

Между бунтарством и отступничеством

7.07.2020
Роман Конь

О попытках внедрить ересь Филиокве в русскую православную богословскую школу

30.07.2020
Архиепископ Никон (Рождественский)

Станем добре, станем со страхом!

5.07.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

Неужели Содом – наш будущий дом?

30.10.2020
Почему не были реализованы планы по ядерной бомбардировке СССР

20.08.2020
Советские солдаты никогда не были оккупантами. Они были солдатами России.
К 52-й годовщине ввода советских войск в Чехословакию в 1968 году

2.07.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

Основные признаки церковных модернистов, составленные архимандритом Рафаилом (Карелиным)

26.07.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

О грехе блуда

17.06.2020
Игорь Шишкин

Митрополит Иларион против Сталина

15.06.2020
Архиепископ Амвросий (Ермаков) и протоиерей Павел Великанов превращают Сретенскую семинарию в рассадник богословского либерализма и церковного модернизма

11.06.2020
Протоиерей Димитрий Шишкин

Перезагрузка

2.11.2020
Протопресвитер Владимир Диваков

Битва за Сретенский. Москва за нами

9.06.2020
Протоиерей Владимир Правдолюбов

Протопресвитер Александр Шмеман в Журнале Московской Патриархии

25.10.2020
Роман Носиков

Светлой памяти протоиерея Димитрия Смирнова (†21.10.2020).
Поп и оскорбленные женщины.
О странностях в работе российских СМИ

7.06.2020
Они хотят превратить Сретенскую семинарию в кочетковский междусобойчик.
Коротко об одном «герое» скандала в Сретенской семинарии иерее Стефане Домусчи

27.09.2020
Александр Петрович Голубцов

Из истории изображений креста

22.10.2020
Протоиерей Димитрий Смирнов (†21.10.2020)

Светлой памяти протоиерея Димитрия Смирнова.
Протоиерей Димитрий Смирнов о деятельности священников Георгия Кочеткова и Александра Борисова

1.06.2020
В Москве будет построен храм с «иконостасом» в виде фаллического символа.
Может быть, лучше сквер, чем храм, задуманный как глумление над православной верой и поругание Пресвятой Троицы?

10.11.2019
Петр Малков

Рецензия на видеоматериалы образовательно-просветительского портала «Академия веры»

28.05.2020
Валерий Филимонов

Чипирование биообъектов по плану Собянина.
Московский градоначальник может превзойти Билла Гейтса

31.05.2020
Диакон Илья Маслов о «кочетковцах» в связи с лишением аккредитации СФИ

11.04.2020
Илья Забежинский

Если для священника Евхаристия лишь ритуал

17.05.2020
Протоиерей Игорь Рябко

Новая экклезиология от Андрея Кураева и Игоря Саввы: дистанционная литургия и online-причастие

10.05.2020
Диакон Илья Маслов

Отчисление из СФИ – возвращение в Церковь

26.05.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

Можно ли делить Святых по «специализации»?

30.04.2020
Протоиерей Петр Андриевский (†2012)

Об апологете ереси – богословствующем диаконе Андрее Кураеве

14.05.2020
Александр Щипков

Пандемия и новая сакральность.
«Нас подталкивают к мысли о неизбежности церковной реформации»

12.05.2020
Николай Каверин

Митрополит Иларион (Алфеев) как «десталинизатор» Великой Победы в Великой Отечественной войне

29.04.2020
Михаил Тюренков

От Отрепьева до Кураева: Почему скандального протодиакона хотят лишить сана?

5.05.2020
Михаил Демурин

Кто в РПЦ против народного единства в Великой Отечественной войне?

27.04.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

Кто помнит о смерти, тот не может грешить

23.04.2020
Роман Конь

«Современное богословие» в Московской духовной академии.
О некоторых ошибочных утверждениях профессора Олега Давыдова

9.02.2021
К 15-летию со дня кончины архимандрита Иоанна (Крестьянкина)
Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

«Яд в привлекательной упаковке»

12.12.2020
Алексей Горожанин

Посещал ли апостол Андрей Первозванный Русскую землю?
В защиту Священного Предания от нападок протестантствующих

15.04.2020
Олеся Николаева

Новый Никодим.
Рассказ для тех, кто боится заразиться и подхватить вирус через Причастие...

19.04.2020
Егор Холмогоров

Окамененное нечувствие.
Сегодня храмы защищают от верующих

13.04.2020
Военная Пасха 1942 года в Москве.
Как жила в военные годы Церковь?

29.03.2020
Главная задача Церкви в условиях коронавируса (ВИДЕО)

8.04.2020
Николай Каверин

Современное обновленчество и реформа богослужебного языка в ХХ веке.
Краткая предыстория вопроса

23.03.2020
Николай Каверин

Об антиправославной деятельности священника Георгия Кочеткова по продвижению церковной реформации на рубеже ХХ и ХХI веков

25.03.2020
Николай Каверин

Священник Георгий Кочетков предлагает отказаться от причащения в храмах

15.03.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Осторожно: в Русской Церкви зафиксирован опасный вирус обновленчества!
Призываем православных верующих воздерживаться от посещения тех храмов, где паремии, Апостол и Евангелие читаются по-русски, или где всё богослужение проводится на русском языке

12.03.2020
Обращение прихожан Тверской митрополии ко всем прихожанам Русской Православной Церкви по поводу антиправославной деятельности священника Георгия Кочеткова

9.03.2020
Владимир Семенко

События в Твери могут стать началом качественно нового, организованного консервативного движения в РПЦ

11.02.2020
Николай Каверин

Кочетковщина: десять лет спустя, или Можно ли верить в бессмертие души?

3.02.2020
О деятельности кочетковского братства в Твери сегодня и 13 лет назад.
Послесловие редакции сайта «Благодатный Огонь»

14.01.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Патриарх Кирилл узурпировал прерогативы Царской власти

9.02.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Принимал ли Поместный Собор 1917–1918 гг. постановление о допустимости использования за богослужением русского языка

14.02.2020
Резюме заключения Комиссии по богословским изысканиям священника Георгия Кочеткова

5.02.2020
Протоиерей Константин Буфеев

Ересь кочетковщины

19.02.2020
Протоиерей Константин Буфеев

О недопустимости русификации богослужения

15.05.2018
О ситуации в Сербской Православной Церкви

22.01.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Изменение церковнославянского богослужения — антицерковный вандализм и диверсия против Русской Церкви

1.12.2019
Георгий Коробьин

Исправление богослужебных книг в начале ХХ века

25.02.2020
Протоиерей Константин Буфеев

Против новой практики причастия – Телом Христовым и вином

2.02.2020
Протоиерей Георгий Белодуров

О кочетковской секте (расколе)

22.01.2020
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Ещё одна странная канонизация Константинопольской патриархии.
Об одном факте из жизни иеромонаха Софрония (Сахарова)

29.01.2020
Владимир Семенко

Новая жизнь протоиерея Всеволода Чаплина

25.12.2019
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

О значении церковнославняского языка в богослужении Русской Православной Церкви

17.01.2020
Владимир Семенко

Ватикан, Фанар, РПЦ: роль и участие в экуменическом процессе

22.12.2019
Николай Каверин

Патриарх Кирилл разрешил чтение паремий, Апостола и Евангелия на русском языке, а также позволил духовенству носить обручальные кольца

28.01.2020
Архимандрит Рафаил (Карелин)

Умение умирать или Искусство жить

20.01.2020
Протоиерей Георгий Ореханов (†2020)

Церковно-реформаторское движение начала ХХ века

15.12.2019
Эдуард Биров

На пути к карманному Богу

9.05.2012
Николай Каверин

Пасхальные недоумения московского прихожанина

2.12.2013
Николай Каверин

«Миссионеры» превращают Божественную Литургию в спектакль, а храм – в кинотеатр

11.12.2919
Сайту «БЛАГОДАТНЫЙ ОГОНЬ» – 10 лет!

Поздравления главному редактору сайта «Благодатный Огонь» С.И. Носенко с десятилетием открытия сайта

1.10.2019
Николай Каверин

Мечты обновленцев сбываются: в Москве стали строить храмы с низкими иконостасами

10.03.2017
Николай Каверин

Всегда ли мироточение есть чудо Божие?

18.10.2019
Николай Каверин

Надо ли служить утреню непременно с утра?

12.11.2019
Николай Каверин

О созыве Всеправославного Собора в Москве.
О пересмотре диптиха Православных Церквей и о возвращении новостильных поместных православных Церквей к юлианскому календарю

31.10.2019
Протоиерей Константин Буфеев

О святом мученике Уаре и церковной молитве за неправославных

21.11.2019
Протоиерей Константин Буфеев

Патриарх Сергий, обновленчество и несостоявшаяся реформация Русской Церкви XX века

30.09.2019
Протоиерей Петр Андриевский (†2012)

Ересь имябожничества в прошлом и настоящем

3.11.2019
Николай Каверин

Совершение литургии апостола Иакова – проявление церковного модернизма и дерзкое нарушение устава

6.10.2019
Россия без ядерного оружия

16.09.2019
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Появление в святцах РПЦ монахини Марии Скобцовой означало бы канонизацию «бердяевско-эсеровской» идеологии и «европравославия», ведущих к разрушению Церкви

29.12.2019
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Протодиакон Кураев призывает перенести православное Рождество на 31 декабря и отмечать его вместе с Новым годом

12.01.2020
Священник Святослав Шевченко

Для Церкви будущего нужен откат настроек

16.10.2019
Киприан Шахбазян

Последуя святым отцам...
К вопросу о критерии верности православному вероучению (в контексте «богословия» А. Шишкова)

11.02.2017
Почему я перестала ходить в Новодевичий монастырь.
Свидетельство прихожанки

24.08.2015
Николай Каверин

Европравославие

22.09.2019
Александр Халдей

Либеральная религия Модерна.
В мире нет более тоталитарной религии, чем либерализм

17.07.2018
Владимир Смирнов

Несколько замечаний о святости царя Николая II

3.09.2019
Священник Георгий Кочетков решил покаяться за грехи всего русского народа

26.09.2019
Владимир Семенко

«Цветная революция» в России начнется в РПЦ?

10.02.2016
Протоиерей Петр Андриевский (†2012)

Возможно ли возвращение в Церковь еретических сообществ?

18.11.2019
Священник Даниил Сысоев; †2009

Парижское богословие и неообновленчество.
К 10-летию со дня мученической кончины священника Даниила Сысоева

16.10.2012
Священник Игорь Белов, Николай Каверин

Сверхчастое причащение и обновленчество

29.12.2016
Архимандрит Рафаил (Карелин)

О секуляризации Церкви

5.12.2019
Протоиерей Димитрий Шишкин

«Отмененный» чемпионат

21.07.2020
Священник Валерий Духанин

Заступница Усердная или «вражеский ангел-хранитель»?
Размышления над одним религиоведческим опусом протодиакона Андрея Кураева

10.04.2016
Николай Каверин

Миссионерский экспорт Православия – церковный троцкизм, или О вреде современного миссионерства

11.09.2019
Протоиерей Игорь Рябко

За что нам хотели бы отсечь головы сегодня

14.11.2017
Николай Каверин

Митрополит Иларион (Алфеев) о «целомудренном» растлении подростков в школах

1.09.2019
Александр Халдей

Ударные стройки православия.
Правильно ли понимает рост духовности населения нынешнее руководство РПЦ?

28.08.2019
Александр Халдей

Социология протеста: потерянное поколение, или Кому нужно зажигание новых звёзд на протестном небосклоне?

22.10.2019
Лекарство от модернизма.
Беседа с архимандритом Рафаилом (Карелиным)

21.11.2017
Протоиерей Петр Андриевский (†2012)

Еще раз о «Царе-Искупителе»

5.09.2019
Архимандрит Рафаил (Карелин)

О грехе сребролюбия

11.02.2018
Николай Каверин

Правильное отношение к призывам «возрождения монархии» в современной России

16.11.2017
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Митрополит Иларион (Алфеев) переиначил 9-й член Символа веры в изданном им пособии для мирян

11.12.2017
О странном обращении «православной общественности» к Архиерейскому Собору отменить решения Синода от 1912 и 1913 годов против имябожия

20.08.2019
Священник Александр Шумский

Страшны не пожары, а кипящие мозги

14.10.2019
Николай Каверин

Зачем любил ты Рим, владыка Никодим?..
К 90-летию со дня рождения митрополита Никодима (Ротова)

12.12.2016
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Реформация в Русской Православной Церкви продолжается.
На очереди отмена Типикона

15.10.2017
Александр Чаусов

В почитании царя Николая II стало слишком много ереси

15.03.2011
Священник Константин Буфеев

Повеждь Церкви. О духовной деятельности одного «православного братства»

15.08.2019
Епископ Арсений (Жадановский)

Опасность прелести

12.07.2019
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

Новый ректор Сретенской семинарии архиепископ Амвросий (Ермаков) – сторонник церковного модернизма и обновленческих реформ

22.11.2015
Святое Причастие – на падение и восстание многих

Редакция сайта «Благодатный Огонь»
16.02.2017

Священник Федор Ртищев еще раз подтвердил свою нетрадиционную ориентацию в богословии

28.07.2018
Причины провала церковной дипломатии ОВЦС на украинском направлении

16.07.2019
Владимир Семенко

«Оптимизация» или зачистка?

1.10.2010
Протоиерей Владимир Правдолюбов

Вновь о реформаторах богослужения

7.02.2017
Василий Федорович Певницкий

О церковно-богослужебном языке

9.06.2014
Митрополит Иларион (Алфеев) предлагает открывать храмы с богослужением на русском языке

7.10.2015
Николай Каверин

Горе-миссионер иеромонах Димитрий (Першин) решил отмиссионерить креативный класс и Высшую школу экономики

15.01.2017
Диакон Илья Маслов

Не трогайте наше богослужение!
Ответ на статью священника Федора Ртищева на портале «Богослов.ру»

30.01.2017
Протоиерей Алексий Касатиков

Богословие нетрадиционной ориентации.
Ответ о.Федору Ртищеву о литургическом творчестве

25.08.2019
Николай Каверин

Церковнославянский язык – это наш язык для беседы с Богом

2.08.2019
Михаил Демурин

Ваше высокоблагородие! The next station is «Park Kultury», барин!

11.02.2013
Иеромонах Иов (Гумеров)

К какой Церкви принадлежит община священника Георгия Кочеткова?

30.05.2021
Людмила Селенская

О советском кино и современном православии

24.09.2017
Георгий Коробьин

Прения о языке богослужения на Поместном Соборе 1917–1918 гг.

21.12.2016
Заявление редакции «Благодатного Огня» по поводу нового обновленческого проекта реформировать богослужебный устав и упразднить Типикон

 

НОВОСТИ

09.06.2021
Число вакцинированных от COVID в российской армии приблизилось к 100%

09.06.2021
Архиепископ Гродненский и Волковысский Артемий, критиковавший законную власть в Белоруссии, снят с кафедры.
Белорусская русофобствующая оппозиция надеется, что владыка возглавит «православную церковь в новой Беларуси»

07.06.2021
Информационную атаку Запада и российских православных кликуш на вакцину «Спутник V» следует приравнять к экстремистской деятельности и посягательству на суверенитет России

28.05.2021
Скончался протоиерей Владимир Правдолюбов — строгий блюститель традиций православного богослужения и яркий полемист с неообновленчеством и церковным либерализмом

20.05.2021
Ещё раз о вакцинации: в военное время некоторые грехи не вменяются в осуждение

20.05.2021
В РПЦ призвали не считать вакцинацию грехом

17.05.2021
Почему современному кинематографу и телевидению выгодна фальсификация правды о Великой Отечественной войне

10.05.2021
Просим Священный Синод дать исчерпывающее разъяснение о допустимости православным верующим прививаться российскими вакцинами

09.05.2021
С Днем Победы!
Проконвоирование немецких военнопленных через Москву 17 июля 1944 года

30.04.2021
Иерусалимский Патриарх Диодор (†2000) о происходящем в Кувуклии во время схождения Благодатного огня

14.04.2021
Церковно-общественный совет по биоэтике, выступивший против церковного признания ЭКО (экстракорпорального оплодотворения), упразднён Священным Синодом

12.04.2021
Гагарин: «Привет, потомки! Как вы там?»
К 60-летию первого полета в космос советского космонавта Юрия Гагарина

24.03.2021
На Афоне начались прививки от коронавируса

21.03.2021
Поддержите сайт «Благодатный Огонь»!

07.03.2021
Обращение в Церковный суд: «Просим приобщить к делу “о признании заштатного клирика г. Москвы протодиакона Андрея Кураева подлежащим извержению из священного сана” богословский разбор его публикаций».

05.03.2021
5 марта – день кончины И.В.Сталина.
Сталин и Третий Рим

24.02.2021
Кураев vs патриархия: «ничья»

18.02.2021
«Заноза» Патриарха Кирилла, или У Кураева длинные руки!

16.02.2021
Инициатива митрополита Илариона (Алфеева) канонизировать прот. Александра Меня призвана «уравновесить» недавнюю инициативу митрополита Тихона (Шевкунова) по подготовке к канонизации исповедника Церкви Русской старца архимандрита Иоанна (Крестьянкина)

12.02.2021
Обращение студенческого сообщества Донбасса к молодежи России

09.02.2021
Митрополит Тихон (Шевкунов) объявил сбор материалов для подготовки прославления старца архимандрита Иоанна (Крестьянкина)

04.02.2021
Лжемиротворчество под маской Православия.
Не стоит ли либеральствующим священникам снять рясу и податься в правозащитники?

03.02.2021
К 3-й годовщине гибели Героя России летчика Романа Филипова

28.01.2021
Митрополит Запорожский Лука: «Кураев за годы своей антицерковной деятельности внес в души христиан столько соблазна, лжи, осуждения, откровенной клеветы и ненависти к Церкви, сколько, наверное, не сделал за последнее время ни один человек»

24.01.2021
Митрополит Иларион: Кураеву грозит отлучение от Церкви

21.01.2021
Обратится ли Патриарх Кирилл к мэру Москвы С.С. Собянину с просьбой разблокировать социальные карты для бесплатного проезда в общественном транспорте для людей 65+ с целью посещения ими воскресных и праздничных служб в московских храмах?

19.01.2021
Институт Гамалеи опроверг слухи о содержании абортивных материалов в вакцине «Спутник V»

08.01.2021
Решение Епархиального суда г. Москвы по делу № 50-54-2020 (о признании протодиакона Андрея Кураева подлежащим извержению из священного сана)

05.01.2021
В Рождество в Храм нельзя?!
Доктор Мясников осудил фатальный запрет для верующих пожилых людей посещать храмы

02.01.2021
Митрополит Запорожский Лука о снятии сана с Андрея Кураева

29.12.2020
Решением епархиального суда г. Москвы протодиакон Андрей Кураев признан подлежащим извержению из сана

24.12.2020
Рецидив неообновленчества: Патриарх Кирилл снова выступил за частичное использование русского языка в богослужении

17.12.2020
Протодиакон Андрей Кураев неожиданно заголосил о каноничности, хотя ранее говорил, что «каноны надо забыть и положить на полку»

27.11.2020
Рукопожатцы в масках «христиан»: новое открытое письмо российской либерды

24.11.2020
Священник Георгий Максимов про революционное «собрание православных мирян» от 31 октября

18.11.2020
Миссионерский декаданс: в одном из храмов Татарстанской митрополии священник совершает молебен в спортивном костюме (ВИДЕО)

15.11.2020
Собрание православных мирян как гниение

09.11.2020
Авторская программа Александра Щипкова «Агитаторы»: о священнике Георгии Кочеткове, либерал-православии и ревнителях не по разуму

08.11.2020
Православные миряне как орудие церковной революции и обновленчества справа

04.11.2020
Объявит ли Россия выборы в США 2020 нелегитимными?
Вся правда об американских выборах от Маргариты Симоньян

30.10.2020
Православные ковид-диссиденты активизировались…

27.10.2020
Обращение диакона Ильи Маслова в Церковный суд Московской областной епархии

24.10.2020
Эпоха протоиерея Димитрия Смирнова

22.10.2020
Нынешние церковные проповедники едва ли смогут сравняться с покойным о. Димитрием

19.10.2020
Святейший Патриарх Кирилл утвердил решение об отлучении от Церкви схимонаха Сергия (Романова)

14.10.2020
В Псковской епархии возрождается единоверческий приход и богослужения древнерусским чином

09.10.2020
Масоны Испании заявили, что папа римский поддерживает их принципы

08.10.2020
Митрополит Тихон (Шевкунов): Мне выпало счастье общаться с Путиным

02.10.2020
Оздоровление Сретенской духовной семинарии: Патриарх Кирилл назначил проректоров и секретаря Ученого совета

29.09.2020
Служба внешней разведки РФ узнала о подготовке в Белоруссии «резонансной провокации» с целью столкнуть православных и католиков

19.09.2020
Прощание с отцом Александром Шумским

17.09.2020
Погиб священник Александр Шумский

12.09.2020
Донбасс за нами! — сильная песня прекрасных дончанок взрывает Сеть

10.09.2020
Суд Екатеринбургской епархии отлучил схимонаха Сергия Романова от Церкви

08.09.2020
Диакон Владимир Василик о творчестве протоиерея Александра Меня в связи с 30-летней годовщиной со дня его убийства

24.08.2020
Святейший Патриарх Кирилл в ответ на многократные обращения мирян поручил проанализировать богословские изыскания священника Георгия Кочеткова

22.08.2020
О последних событиях в церковно-политической жизни Белоруссии

20.08.2020
Священнослужитель Белорусской Православной Церкви: Константинопольский патриарх готовит в Белоруссии церковный раскол

18.08.2020
Заявление Медиагруппы «Патриот» в связи с событиями в Белоруссии

15.08.2020
О последних событиях в Белоруссии:
Белоруссия-2020 — репетиция перед Россией-2024.
Белорусские ксёндзы поддерживают протестующих, пытаются дискредитировать итоги президентских выборов и обеляют провокаторов

13.08.2020
Религиоведы отнесли учение бывшего схиигумена Сергия Романова к генотеизму

12.08.2020
Письмо белорусским «русофобам в рясах»

12.08.2020
К 20-летию гибели подводной лодки «Курск»

07.08.2020
Еще один «внеконфессиональный богослов» уволен из Московской Духовной академии

27.07.2020
Снятие карантинных ограничений: протоиерей Владимир Чувикин восстановлен в должности настоятеля Николо-Перервинского монастыря

17.07.2020
Светские власти не вправе были ограничивать посещение храмов в период пандемии, считают в Совете по правам человека

09.07.2020
Церковный публицист Владимир Семенко об изверженном из сана Сергии (Романове)

25.06.2020
Александр Щипков о русификации церковнославянского языка: «Язык богослужения не имеет никакого отношения к миссионерской работе»

16.06.2020
– Что за вой опять на болотах, Бэрримор?
– Это либеральные бесы атаковали Главный Храм Вооруженных сил России, сэр.

11.06.2020
Первый канал в клочья порвал российских либералов юбилейным показом культового фильма «Брат-2»

08.06.2020
Господин Президент, услышьте людей! Вы как православный человек понимаете, что имя на номер Господь не велел менять. Мы не цифры!

05.06.2020
Св. Синод Элладской Православной Церкви единогласно отказался менять правила причащения верующих из-за пандемии

03.06.2020
Патриарх Варфоломей призвал обсудить вопрос причастия мирян в условиях пандемии

29.05.2020
Подчинится ли Святейший Патриарх Кирилл предписанию Роспотребнадзора и самоизолируется?

13.05.2020
Если нечисть на День Победы беснуется, — значит у нас всё правильно!