http://www.blagogon.ru/digest/1042/

История отмены «клятв».
К 50-летию Поместного Собора 1971 года

14.10.2021
Наталия Михайлова


Попытка отмены «клятв» в 1906 году

После двухвековых и почти бесплодных усилий переубедить раскольников с помощью полемических сочинений, обличений, доводами логики и исторических фактов Церковь была вынуждена отказаться от подобных способов. Начавшаяся в России с середины XIX века либерализация привела «властителей дум», ученых, писателей и публицистов, одновременно к отчуждению от Церкви и к идеализации раскола. Эти процессы всегда тесно взаимосвязаны. Уже к 80-м годам XIX века в печати был поднят вопрос о даровании прав раскольникам. В наше время происходит то же самое, но вместо дарования прав теперь требуют признания раскольников «истинной церковью».

В 1906–1907 годах IV Миссионерский съезд в Киеве и VI отдел Предсоборного Присутствия заявили о равночестности древнего и нового обряда. Решение об отмене «клятв» должно было быть принято на грядущем Поместном Соборе.

Но на Соборе 1917–1918 годов решение о старообрядчестве принято не было.

Первая отмена «клятв» Синодом в 1929 году

10 (23) апреля 1929 года Патриарший Священный Синод сформулировал три Постановления:

1) О признании старых русских обрядов спасительными, как и новые обряды, и равночестными им.

2) Об отвержении и вменении, яко не бывших, порицательных выражений, относящихся к старым обрядам, и в особенности к двуперстию.

3) Об упразднении клятв Московского Собора 1656 г. и Большого Московского Собора 1667 г., наложенных ими на старые русские обряды и на придерживающихся их православно верующих христиан, и считать эти клятвы, яко не бывшие.[1]

В первом постановлении озвучено старообрядческое учение о «спасительности» обрядов, – учение, которое сама Церковь не исповедует.

Во втором постановлении отвергаются порицательные выражения о «старых обрядах» в сочинениях русских архиереев, но не отвергаются хульные выражения о «новых», которыми и до сих пор наполнены сочинения раскольников.

В третьем постановлении Синод упразднил «клятвы 1667 г.» в той редакции, на которой настаивали старообрядцы, то есть как «клятвы на старые обряды». Но таких клятв ни один Собор не выносил, и членам Синода в 1929 году (а затем участникам Поместного Собора 1971 года) этот факт не мог быть неизвестен. Ни один Собор обряды и книги анафематствовать не может. Анафема – это отлучение от Церкви, а потому анафематствовать можно только людей. Если «клятвы» упразднены, то тем самым оправданы те, на которых они были положены. Таким образом, Синод в 1929 году признал членами Церкви и назвал «православно верующими христианами» тех, кто не покаялся за три столетия и продолжал проклинать Церковь. Эти постановления свидетельствуют о том, что Церковь сознательно заговорила на языке самих старообрядцев, желая ублажить раскольников и привлечь в церковную ограду тех, кто к этому стремился.

Более двух с половиной веков авторитетные иерархи Церкви и Святейший Синод поясняли, что «подлинная цель соборных прещений 1656, 1666, 1667 годов заключалась не в осуждении старых обрядов самих по себе, но в противодействии тем вождям раскола (таковых было около 20, из них 16 тогда же покаялись. – Н.М.), которые проявили свое противление Церкви, а главное, не желая отказываться от “старых” обрядов, поносили и хулили книги, чины и обряды, исправленные при патриархе Никоне» (см. «Изъяснение» Св. Синода от 1886 г.).

Об опасности раскольнической пропаганды, о том, что раскольники – еретики, говорили и писали святители Димитрий Ростовский, Филарет Московский, Феофан Затворник, архиепископ Никон (Рождественский) и многие другие. Они понимали, что совращение в раскол ведет к погибели души и, как могли, старались предупредить свою паству об опасности.

В XX веке Церковь, надеясь спасти погибающих любой ценой, фактически пошла на компромисс. Однако в 30-е годы никаких последствий это Постановление Синода не имело. Шло массированное наступление на всех, кто верил во Христа, и власть не вдавалась в тонкости споров вокруг «спасительности» тех или иных обрядов.

Вторая отмена «клятв» Поместным Собором в 1971 году

Поместный Собор 1971 года открылся 30 мая. Главной задачей Собора было избрание нового патриарха, что и произошло на Соборе: 2 июня единогласно открытым голосованием митрополит Крутицкий и Коломенский Пимен (Извеков) был избран Патриархом Московским и  всея Руси. Избрание митрополита Пимена на Всероссийский Патриарший Престол было главным решением Поместного Собора 1971 года.

Заместителем председателя Собора был избран маститый экуменист митрополит Никодим (Ротов). Он сделал два доклада: «Об экуменической деятельности Русской Православной Церкви» и «Об отмене клятв на старые обряды и придерживающихся их».


Митрополит Никодим в своем докладе разъяснил, что «уже само введение единоверия по существу обозначало отмену клятв на старые, дониконовские обряды». Далее докладчик сказал о нуждах старообрядцев-единоверцев, которым «казалось, что они хотя и соединились с Греко-Российской Церковью, но продолжают оставаться под клятвой как сохраняющие старые обряды». После этого митрополит Никодим предложил утвердить три Постановления Синода от 1929 года. Собор утвердил (см. изд. Моск. патриархии, 1972, с. 105, 130–131). Из этого разъяснения следует, что утвержденные Собором Постановления относятся к единоверцам и именно их надо подразумевать под православно верующими христианами.

Однако и Собор 1971 года не внес достаточной ясности: за кого должны считать тех, кто по-прежнему Церковь отвергает, – за раскольников или особую разновидность православных христиан, хулящих Церковь и объявляющих ее членов еретиками?

Деяния Собора 1971 г. заканчиваются следующими словами:

«Освященный Поместный Собор любовно объемлет всех свято хранящих древние русские обряды, как членов нашей Святой Церкви, так и именующих себя старообрядцами, но свято исповедующих спасительную православную веру».

Протоиерей Владислав Цыпин, завершая рассказ о принятии этого деяния Собора 1971 года, констатирует (4, с. 431–432):

«Старообрядческие общины не сделали после акта Собора, исполненного духом христианской любви и смирения, встречного шага, направленного на уврачевание раскола, и продолжают пребывать вне общения с Церковью».

Прошло 17 лет после отмены «клятв». В связи с празднованием 1000-летия Крещения Руси на Соборе 1988 года были повторены определения Собора 1971 г. Кроме того, было опубликовано «Обращение Поместного Собора Русской Православной Церкви ко всем держащимся старых обрядов православно верующим христианам, не имеющим молитвенного общения с Московским Патриархатом». Из названия этого обращения можно понять так, что в недрах Русской Православной Церкви существуют две категории православно верующих христиан: одни имеют молитвенное общение с Московским Патриархатом, а другие – не имеют, но тоже члены Церкви. Собор 1988 г. опять подтвердил «равночестность старых обрядов» и «с глубокой скорбью вспомнил возникшее в XVII веке разделение чад церковных – тех, кто проявил непоколебимую твердость в сохранении старых русских обычаев, с теми, кто ввел в богослужебное употребление традиции, распространенные в Поместных Церквах на православном Востоке». Выходит, что в XVII веке раскольники вовсе не ушли из Церкви. Оказывается, Церковь разделилась на две части – на тех, кто проявил непоколебимую твердость (старообрядцев), и тех, кто ввел новые традиции и твердость не проявил (последователей патриарха Никона, каковыми мы теперь и должны себя считать, следуя решениям Соборов).

В результате этой длительной истории с отменой «клятв» в очередной раз подтверждается правота святых отцов в отношении к ересям и расколам. Святоотеческое учение о Церкви и границах Церкви изложено в книге архиепископа Илариона (Троицкого), который в четырех словах ее названия – «Христианства нет без Церкви» – сумел изложить его во всей полноте. Мы можем любовно обнимать не только русских раскольников, которые проявили непоколебимую твердость в 350-летней борьбе с Церковью, но и других еретиков – монофизитов, несториан, якобитов, католиков и весь букет протестантских «церквей». Но при этом вовсе необязательно объявлять их «свято исповедующими спасительную православную веру». Это приводит не только к искажению учения о Церкви, но, что немаловажно, способствовует утверждению раскольников в их заблуждениях.

Если до отмены «клятв» Церковь считала своим долгом вести проповедь среди раскольников и предупреждала церковных чад об опасности совращения в раскол, то в наше время и раскольники, и верные чада оставлены на собственное усмотрение.

Термин «старообрядчество» очень удобен для всякого рода спекуляций именно в силу своей неопределенности. Он объединяет десятки согласий и толков, каждый из которых считает именно себя той самой истинной «древлеправославной» если не церковью, то верой. При этом члены каждого согласия считают еретиками не только «никониан», то есть православных христиан, но и всех остальных старообрядцев. Полагая себя истинно православными, они употребляют те же правила и чинопоследования приема «еретиков», что и Церковь.

У многих благосклонное отношение к старообрядчеству объясняется незнанием истории вопроса, нежеланием вдуматься в суть дела. Представления о расколе чрезвычайно смутные, их можно прояснить с помощью изучения фактов, поэтому в первую очередь тема раскола требует разъяснения. И разъяснения, не противоречащего учению Православной Церкви.

Судьба раскольников беспокоит только Церковь. Только она искренно переживает за них и ради их спасения идет на постоянные уступки, потому что понимает, насколько страшна их участь. Прошли века, но Церковь по-прежнему воспринимает раскольников как блудных детей своих. Но в то же время она предостерегает и своих верных чад словами Святителя Феофана Затворника: «В святой Церкви, и только в ней одной, все устроено к нашему спасению; – почему отпадающий от нее не имеет чем спасать себя... Смотрите же, сами не отделяйтесь от Церкви, и других, которые начнут отделять от нее, не слушайте».

 



[1] Владислав Цыпин, протоиерей. История Русской Церкви. 1917–1997. Т. 9. М.,1997.


Благодатный Огонь



Поддержка сайта «Благодатный Огонь»:
Карта Cбербанка: 5332 0580 7018 9424
ЮMoney (Яндекс-Деньги): 410012614780266